Служить бы рад! Альтернативно…

Будем честными: об альтернативной службе рассуждает колумнист сайта РПОО «Белорусский Хельсинкский Комитет» в свое время от армии откосивший.

— У нас убеждения.

— Какие такие убеждения?

— Веруем в Господа нашего Говинду, а он нам в людей стрелять не велит.

— Всё, вы нам подходите. И Говинда ваша ничего. Жидковата, но ничего. И стричь вас опять же не надо. И люди вы, видно, выносливые: 4 часа «Харе Кришну» орать — это не каждый сдюжит… Пойдёте в химвойска. (к/ф «ДМБ»).

Текст: Дмитрий Селиванов

«В Беларуси началось проведение мероприятий по призыву граждан на срочную военную службу», — прочитал заголовок новостного агентства и вздрогнул. А потом улыбнулся; 32 мне. Никаких призывов! Я откосил от армии. Причем легально, по болезни. Десять лет назад. И мне не стыдно. И не жалею.

До конца ноября в белорусские воинские части направят около 9 тысяч человек. Еще 2 тысячи — на службу в резерве. Среди этих тысяч пока не будет подростков, которых я тренирую в спортивной секции. Но через несколько лет они, молодые и здоровые, или поступят в университет, или будут отчаянно косить, или пойдут проходить в сапогах «школу жизни»… Или наш парламент примет наконец-то закон об альтернативной гражданской службе.

Альтернативная гражданская служба (АГС) — особый вид трудовой деятельности в интересах общества и государства, осуществляемой гражданами взамен военной службы по призыву. АГС выбирают граждане, которые в силу различных убеждений (этических, политических, религиозных) считают недопустимой для себя службу в армии, принесение присяги или взаимодействие с оружием. Вместо казарм молодые люди, выбравшие АГС, несут службу в хосписах, больницах, домах престарелых, выполняют другую общественно-важную, но не популярную работу.

В 1994 году в Конституции появилась статья 57, гарантирующая право белорусов на альтернативную гражданскую службу. Но оказалось, что на практике реализовать это право нельзя: нет соответсующего закона. Зато есть много обещаний 🙂
Еще шесть лет назад в Министерстве обороны говорили, что законопроект разрабатывается. В 2009, т.е. через четыре года, в этом же министерстве заявляли, что проект уже разработан. Потом в 2010 создали межведомственную рабочую группу для его разработки… Теперь обещают что Палата представителей законопроект вот-вот рассмотрит. Может, через какой-то год-два и появится в стране альтернатива службе в армии. К тому времени мои знакомые ребята из спортивной секции как раз отметят совершеннолетие. То есть придет время, когда государство скажем им: «Должен. Обязан. Родина ждет».

«В армию пойдете?» — спрашиваю у 14-16-летних подростков. В глазах, только что открыто-улыбающихся, смятение, удивление, испуг, непонимание… Неприятный вопрос. Не к месту, не вовремя. Испортилось настроение.

Пересказывают мне истории, услышанные от старших ребят. Про отмазки и откосы: «Почки можно посадить перед армией. Плоскостопие какое-нибудь заработать. Слышал, болты глотали, потом на снимке показывало отклонения». — Болты глотали? А потом что с ними было? — Не знаю, ничего, наверное, не было, а в армию не взяли… Видно, судьба наглотавшихся болтов подростков не интересует.

Рассказываю ребятам об АГС. О том, что, как правило, в других странах альтернативщики заочно могут получить образование, часто работают недалеко от дома, получают пусть маленькую, но зарплату.

— Пошли бы на альтернативную службу? К примеру, в хоспис или на сельхозработы? — Я бы лучше поработал, чем отдавать полтора года жизни, тупеть на глазах. Там бы на работе хоть чему-то научился, чем в армии будешь днями честь отдавать, уставы учить и вообще непонятно чем заниматься, — ободрился, услышав об АГС, 16-летний Дима.

— А как же то, что каждый нормальный пацан должен отслужить?- достаю его. Смотрит на меня с непониманием: «Откуда вы это взяли? Никто никому ничего не должен. Сейчас, по-моему, так никто не говорит. Ну, может, есть люди, кому нужна армия. Не знаю».
Разумеется, альтернативная гражданская служба предназначена в первую очередь для людей, имеющих различные убеждения (религиозные, философские, политические) — но, может быть, это еще и путь для того, чтобы молодые здоровые ребята действительно отдавали долг Родине, а не думали о том, как наглотаться болтов, посадить почки или дать взятку? Для справки расскажем о суммах за «откосы»: 1000 долларов для инспектора отдела призыва столичного военкомата или 700 долларов для врача, члена межрайонной медицинской комиссии, или 450 долларов для начальника отделения призыва районного военкомата — вполне подъемно, как видно. Практика АГС врядли бы искоренила коррупцию, но, наверняка, какой-то, пусть и маленький процент, граждан решились бы на такую службу, а не на преступление.

Почему же столько лет тормозится закон об АГС? По по мнению бывшего генерального прокурора Григория Василевича, у белорусов для альтернативной службы менталитет не подходящий: «Вряд ли мы с нашим менталитетом сейчас готовы к тому, чтобы освобождать от призыва по той причине, что молодой человек – пацифист, то есть борец за мир. Если бы не Беларусь, где в годы войны было сильно партизанское движение, Россия, другие республики СССР, то пацифисты Европы жили бы в условиях фашизма»*.
Кстати, его дружно поддерживают некоторые коллеги-прокуроры. В 2009 г. гомельчанин Дмитрий Смык, член религиозной общины «Свидетели Иеговы», потребовал реализации своего конституционного права на АГС. От обычной службы в армии он отказался по соображениям веры и совести. У нас ведь свобода совести? Но Дмитрия Смыка судили как уклониста. Прокурор, представлявший в суде интересы страны, нервничал, когда слышал про убеждения, веру и совесть… И все вспоминал о 1941-ом, войне, и том, что если бы тогда такие парни были — проиграли бы немцам!

Очевидно, что война и немцы и примкнувшие к ним «уклонисты» совсем не давали прокурору покоя. В в этом же году право на альтернативную службу стал требовать гомельчанин Евгений Яковенко (не Свидетель Иеговы, а общественный активист). И снова дело попало нашему прокурору. И Яковенко он тоже высказал все, что накипело про немцев и войну. И тех, кто не хочет служить.
Дмитрия Смыка оштрафовали на крупную сумму. Но после вмешательства Верховного суда оправдали. Причем в День конституции, на статьи которой ссылался молодой человек. 15 марта областной суд признал, что Смык не уклонист. На доказательство этого ушло полгода.

Представитель Белорусского Хельсинкского Комитета** Виктор Одиноченко вспоминает, что это не первое подобное дело. В 2001 г. он помогал доказать в суде свое право не воевать Свидетелю Иеговы Валентину Гулаю из Речицы: «Там была сложная ситуация. Был зуб на его отца в прокуратуре. А с ним сводили счеты, с сыном. На суде прокурор просил полтора года. Столько же и получил. А областной суд дал условный срок с отсрочкой. В итоге его не забрали, кстати, благодаря БХК. Мы активно помогали Гулаю. Мы тогда еще несколько дел отбили по Свидетелям Иеговы».

А вот Евгения Яковенко — раз не Свидель Иеговы — суд не оправдал. Но он попал под амнистию, и судимость была снята. В суде над ним тогда посмеялись: мол, не радуйся, судимость снята, поэтому в армию тебя можно призывать. Но при прохождении медицинской комиссии у парня нашли проблемы с сердцем и все равно в армию не взяли — дали отсрочку, по окончанию которой Яковенко уже будет 27. Так что пусть право на АГС не удалось реализовать, но, видно, в дело вмешалось Провидение, и все равно армия и тюрьма Женю не дождались.

Опыт, серьезные испытания, закалка, умение отстоять свою позицию, мужество, отвага. Все эти качества парень отшлифовывал. Но не в армии, а в судах и военкоматах. «Я постоянно был в подвешенном состоянии. Постоянно носил с собой металлическую кружку. Ребята говорили, что такую кружку нельзя передать в передачах, но она необходима в тюрьме…» — рассказывает парень.

Женю, когда он заявил о своем праве на АГС, в военкомате, а потом и в прокуратуре, и в суде, не поняли. «Выпендривается!» — таков был негласный вердикт комиссаров и прокуроров. «Но потом, после того, как я твердо держался своих принципов, последовательно отстаивал свою позицию, отношение изменилось. Я заметил, что меня уже не принимали за какого-то парня, который выпендривается, которому больше всех надо. Меня поняли, так мне кажется. Начали относится по-иному, уважать, наверное, за принципиальную позицию», — объясняет Яковенко.

Спрашиваю у него: «А не проще было бы не маяться, а дать взятку, сымитировать энурез, что-то иное? Ведь борьба с государством — дело утомительное и неблагодарное». «Я и не рассматривал такие варианты, — говорит Женя, — АГС — это законное право человека, данное нам Конституцией, и удивительно, что если есть это право, то почему нельзя им воспользоваться. Мы же не спрашиваем, почему люди хотят жить, и не просим их аргументировать — почему именно ты хочешь жить : просто есть такое право…»

У принципиального Яковенко есть ответ на вопрос «почему до сих пор не принят закон об АГС»: «Армия в нашей стране не инструмент воспитания моральных ценностей, не инструмент воспитания мужчины. Это инструмент воспитания человека, который будет мало думать, но много выполнять, и не задавать лишних вопросов. Это выгодно для государства. Закон об АГС не приняли до сих пор потому, что такой закон не выгоден властям. Зато он выгоден молодым людям, которые поняли бы, что у них есть какой-то выбор, есть право».

Правозащитник Викто Одиноченко объясняет все барадаком в стране: «Порядка нет. Есть только одна сфера, где власть работает энергично и концентрировано, — это сохранение себя. А все остальное ей не суть важно…»

Для ребят из гражданской кампании «За альтернативную службу» все гораздо прозаичнее, никаких тебе высоких материй и метафизики. Они думают, что дело в том, что Минобороны просто лоббирует свои интересы и не жалает «делиться» призывниками (а значит, и бюджетными ассигнованиями).

…И все же есть в Беларуси люди, которые проходят альтернативную службу. Правда,это граждане Германии. В прошлом году в Гомель приезжали немецкие парни-волонтеры. Они работали с детьми-инвалидами. Курт и Пол объяснили, что в Беларусть попали по обмену через международную организацию. А волонтерство — это у них такой вид альтернативной службы. Ребята бодро ходили каждый день в реабилитационный центр и играли с нашими больными детишками. Да, в 41 мы их победили. А сейчас они вернулись служить к нам.

*Такое мнение об АГС Г.Василевич высказал в газете «Комсомольская правда»http://kp.by/daily/25651/814748/.
**Полное уставное название — РПОО «Белорусский Хельсинкский Комитет». В этом и друних текстах- также БХК и Белорусский Хельсинкский Комитет.