Тэма выдання: беларускае войска. Чаму на службу прызываюць нават студэнтаў? Ці баяздольнае нашае войска, і чым жаўнеры займаюцца падчас службы?

Госці праграмы: палітдэмбель Іван Шыла, лідэр кампаніі «За альтэрнатыўную службу» Міхаіл Пашкевіч ды вайсковы аглядальнік Аляксандр Алесін.

]]> http://ags.by/?feed=rss2&p=10033 0 http://ags.by/?p=9933 http://ags.by/?p=9933#comments Thu, 22 Jul 2010 14:24:28 +0000 palasatka http://ags.by/?p=9933

Гомельский областной суд  оставил без изменений  приговор Суда Центрального района Гомеля в отношении Евгения Яковенко (1 год ограничения свободы с направлением в исправительные учреждения открытого типа).

Такое решение вынесла сегодня коллегия областного суда. Евгению  не придется отбывать наказания— к нему автоматически применяется закон об амнистии в честь 65-летия Победы, более того – как  для пострадавшего от последствий аварии на ЧАЭС –амнистия для Евгения включает в себя и снятие судимости.  По словам Яковенко, судья с трудом скрывала смех,  комментируя решение о применении амнистии:  «А теперь   снова в военкомат, Яковенко. Судимости ведь нет».

«Амнистия  в данном случае не решение проблемы— я ведь не считаю себя виновным. Возможно, кого-то и устроило бы такое решение, но не меня и не в моей ситуации. В самое ближайшее время я намерен  подать надзорную жалобу на решение областного суда. »

Комментируя свои предстоящие новые старые проблемы с военкоматом, Евгений отмечает, что не намерен хоть как-то менять позицию: «Военкомат должен научиться работать на государственном языке. Мне кажется, это должно быть абсолютно нормальным, когда в Беларуси чиновники, пусть себе и военные, владеют белорусским языком. И, конечно же, требование  альтернативной службы».

Мониторинговая группа кампании

«За альтернативную гражданскую службу в Беларуси»

ags.by

Вместе с тем кампания «За альтернативную гражданскую службу в Беларуси» выражает обеспокоенность возможным повторением уголовного преследования Дмитрия Смыка, Ивана Михайлова и других лиц, настаивающих на прохождении АГС.
Законопроект об альтернативной службе должен быть представлен в Совет Министров 1 сентября 2010 г., однако с момента его представления и до принятия его Палатой представителей любой призывник, настаивающий на прохождении АГС и отказывающийся в связи с этим служить в вооруженных силах, может стать обвиняемым в уклонении от службы в армии.

Мониторинговая группа гражданской кампании
«За альтернативную гражданскую службу в Беларуси»
www.ags.by

В России заканчивается весенний призыв в армию. В военные части отправятся более 270 тысяч срочников, а 242 призывника будут проходить альтернативную гражданскую службу. Правозащитники отмечают, что в военкоматах снова начали дезинформировать призывников об АГС. Те, кто все-таки добивается для себя права работать, а не служить, часто не проходят по медицинским показаниям: альтернативщиков признают негодными, чтобы не портить статистику.

План по набору призывников в Вооруженные силы России выполнен, сообщил «Интерфаксу» источник в главном организационно-мобилизационном управлении Генштаба. В среду из военкоматов в части отправили последние группы призывников, а 99% новобранцев уже доставлены к месту службы.

По итогам весеннего призыва-2010, который заканчивается 15 июля, служить в армию отправятся 270 тысяч 600 человек. Еще 242 человека выбрали альтернативную гражданскую службу (АГС).

Сообщение об итогах призывной кампании в части АГС в среду распространила Федеральная служба по труду и занятости (Роструд). «Из направленных на альтернативную гражданскую службу около 80% граждан получили право на замену военной службы по призыву альтернативной гражданской службой по вероисповеданию, около 3% в связи с их принадлежностью к коренным малочисленным народам, остальные по убеждениям», – рассказал заместитель руководителя Роструда Алексей Вовченко. Всего сейчас проходят АГС 968 человек.

Подать заявление на альтернативную гражданскую службу призывник, согласно закону, должен за полгода до призыва, пока ему еще не исполнилось 18 лет. Заявление рассмотрит военкомат по месту жительства. Получивший право на АГС отправляется на работу в государственную организацию. В этом году, по данным Роструда, большая часть призывников направлена в организации, подведомственные 37 исполнительным органам власти субъектов Российской Федерации. Остальные будут проходить службу в пяти федеральных органах исполнительной власти: Федеральном агентстве связи, Спецстрое России, Роскосмосе, Федеральном медико-биологическом агентстве (ФМБА) и Федеральной службе исполнения наказаний (ФСИН).

Продолжительность АГС – 21 месяц. К тому же формально при направлении призывников на гражданскую службу должен соблюдаться экстерриториальный принцип: молодых людей отправляют работать в другие субъекты федерации. Но фактически этот принцип действует далеко не всегда, говорят в Роструде: «Гражданин будет отправлен в другую местность только в том случае, если работодатель предоставит ему жилье». Если не предоставит (так бывает более чем в половине случаев), альтернативщик будет служить там, где живет. Впрочем, в самом Роструде считают, что призывникам нужно разрешить проходить АГС в муниципальных учреждениях по месту жительства. «Может быть, это повысило бы привлекательность этой службы в целом», – полагает Вовченко.

Популяризации альтернативной службы активно мешают военкоматы, говорят правозащитники. Призывников дезинформируют и необоснованно отказывают в праве на АГС, требуя доказать наличие убеждений.

«На самом деле право на альтернативную службу получить легко, доказывать ничего не надо – пришел и заявил. Доказывать обратное должна комиссия, если сомневается в правдивости заявления. Но в военкоматах часто устраивают настоящие судилища. Например, требуют принести справку о том, что у призывника действительно имеются религиозные убеждения», – говорит глава правозащитной организации «Гражданин и армия» Сергей Кривенко. По его данным, в последнее время в России увеличивается число призывников, которые выбирают АГС не по религиозным мотивам, а по пацифистским убеждениям, миротворческим, философским, политическим и т. п. «Но в военкоматах часто не доходит даже до комиссии. Призывник спрашивает, можно ли подать заявление. Ему отвечают: «Нет, только по религиозным соображениям». Или отправляют в областной военкомат, советуют написать в Москву», – перечисляет нарушения Кривенко. Он добавил, что похожая ситуация наблюдалась 6 лет назад, когда был принят закон об АГС. Снова активно дезинформировать призывников начали около двух лет назад.

Правозащитник сообщил о случаях, когда призывникам, как только они получили право на АГС, предлагали освобождение по медицинским показаниям.

«Порядок такой: сначала рассматривают заявление, потом отправляют на медкомиссию. И там предлагают освободить от службы, объявив негодными по состоянию здоровья», – рассказывает Кривенко. По его мнению, военкомы таким образом искусственно занижают число альтернативно служащих: «Пытаются показать, что АГС не для российской молодежи, что молодые люди ее не выбирают».

Но основная причина отказа, говорит Кривенко, – это несоблюдение призывниками сроков: как правило, просьбу об АГС не удовлетворяют, если соискатель принес заявление не перед своим первым призывом, а через год или два.

«Но осенью 2006 года такие отказы признал незаконными Конституционный суд. Он постановил, что пропуск срока не может быть основанием для отказа в прохождении гражданской службы, право на которую дает Конституция», – сообщил правозащитник.

Пропустившему срок призывнику достаточно объяснить в военкомате, что убеждения у него сформировались не в 18 лет, а позже. Если откажут, можно обратиться в суд. Отказы в прохождении АГС призывники успешно обжалуют почти в 100 процентов случаев. «У нас был случай в Саранске, когда молодой человек два года добивался права на альтернативную службу. Суд удовлетворял его иски, а военкомат снова и снова отказывал. В итоге суд обязал военкомат предоставить ему право на АГС», – рассказал Кривенко.

Попавшие на альтернативную службу работают в основном в социальной сфере – в больницах, интернатах, домах престарелых. Кого-то отправляют на стройки, на заводы, в последнее время увеличилось число заявок от «Почты России». Некоторые призывники проходят АГС рабочими в театрах и цирках, в 2010 году с заявлением о готовности принять на альтернативную службу обратился Мосгортранс, которому не хватает водителей автобусов.

В Роструде отмечают, что количество заявок от предприятий и учреждений на приглашение проходить АГС в 20 раз превышает число альтернативщиков.

Закон об альтернативной гражданской службе действует в России с 2004 года. С тех пор по 4 тысячам заявлений от призывников были приняты положительные решения. Сначала был определен срок 42 месяца, в 2008 году альтернативщиков стали направлять на гражданскую службу на 21 месяц. Причем по закону призывнику положены выходные, нормированный рабочий день и отпуск. В отличие от срочной службы, во время АГС можно учиться в вузе – заочно или на вечернем отделении. Зарплата альтернативщиков составляет 5–8 тысяч рублей: согласно закону, она должна соответствовать региональному прожиточному минимуму. За уклонение от АГС, как и от срочной службы, предусмотрена ответственность. В Роструде говорят, что уклонисты среди альтернативщиков встречаются: некоторые просто не доезжают до места прохождения АГС, другие сначала ходят на работу, потом исчезают.

www.gazeta.ru

Рабочей группы молодежных и правозащитных организаций,  заинтересованных граждан

07.07.2010 г.

Данные предложения подготовлены для передачи правительственной  межведомственной рабочей группе по разработке проекта закона об альтернативной гражданской службе и включают в себя подходы к концептуальному содержанию будущего законопроекта по наиболее важным моментам:

1. Понятие альтернативной службы и ее принципы;

2. Мотивы, с которыми связывается возможность прохождения альтернативной службы;

3. Срок прохождения альтернативной службы;

4. Места прохождения альтернативной службы и порядок их определения;

5. Порядок рассмотрения заявления о поступлении на альтернативную службу и принятие решения по нему;

6. Социальный статус и трудовые права лиц, проходящих альтернативную службу.

Авторы предложений – представители различных молодежных организаций («Гражданский форум», «Молодые демократы», «Движение Будущего», «Молодой фронт»), правозащитники («Центр правовой трансформации», «Белорусский Хельсинкский Комитет») и другие заинтересованные лица.

1. Понятие альтернативной службы и ее принципы

Альтернативная служба – это форма исполнения обязанности по защите Республики Беларусь, которая предоставляется вместо воинской службы, если ее исполнение противоречит религиозным, философским, политическим, морально-этическим, нравственным и иным убеждениям. Она представляет особый вид трудовой общественно полезной деятельности.

Альтернативная служба осуществляется на основе следующих принципов:

1) основанием для прохождения альтернативной службы могут быть лишь убеждения, не позволяющие проходить воинскую службу;

2) прохождение альтернативной службы осуществляется по заявительному принципу;

3) гражданин проходит альтернативную службу по месту жительства;

4) альтернативную службу граждане проходят в гражданских (невоинских) организациях;

5) отношения между гражданином, проходящим альтернативную службу, и организацией, являющейся местом прохождения данной службы, регулируются трудовым законодательством.

Обоснование:

Право гражданина на замену воинской службы альтернативной предусмотрено ст. 57 Конституции Республики Беларусь, оно вытекает из права на свободу убеждений (ст. 33 Конституции) и права на свободу вероисповедания (ст. 31 Конституции), а именно: права исповедовать любую религию или не исповедовать никакой, свободно выбирать и менять, иметь и распространять убеждения (в том числе и религиозные) и действовать в соответствии с ними. Именно возможность поступать в соответствии со своими личными убеждениями подразумевает право каждого индивида самому решать вопрос о  применении смертоносного оружия в отношении других людей.

Альтернативная служба может быть использована государством для решения общенациональных проблем, не получающих должного внимания из-за нехватки ресурсов. В первую очередь, это касается социальной сферы и экологии: помощь больным (в т.ч. паллиативным), инвалидам, престарелым, бездомным, помощь в воспитании детей-сирот и детей-инвалидов, очистка водоемов, охрана окружающей среды и т.п.

Альтернативная служба  частично снимет проблему дезертирства и станет первым шагом для перехода к профессиональной армии.

Определение альтернативной службы в предложенном варианте:

-       служит отграничению данного понятия от воинской и государственной службы;

-       указывает на то, что, проходя альтернативную службу, гражданин выполняет обязанность по защите Республики Беларусь, закрепленную в ст. 57 Конституции Республики Беларусь;

-       устанавливает трудовой характер правовых отношений между служащим и местом службы, а именно: на призывника распространяются все права работника, в том числе право на оплату труда, ежедневный и еженедельный отдых, отпуска, судебную защиту своих прав (ст. 11 ТК) и прочее;

-       перечисляет основания (мотивы) для предоставления гражданам права служить альтернативно. Основанием для прохождения альтернативной службы могут быть лишь убеждения. Убеждения могут быть религиозные, философские, политические, морально-этические, нравственные и иные.

2. Мотивы, с которыми связывается возможность прохождения альтернативной службы (право  граждан на  прохождение альтернативной службы)

Право на прохождение альтернативной службы имеют граждане Республики Беларусь, чьи религиозные, философские, политические, морально-этические, нравственные или иные убеждения противоречат исполнению воинской обязанности или какой-либо из ее составляющих: принятию военной присяги, несению военной службы с применением насилия, участию в военных действиях, ношению, применению оружия или  непосредственному  участию в производстве и обслуживании оружия, боевых припасов и боевой техники.

Обоснование:

Служба в армии предполагает возможность применения насилия против людей, вплоть до их убийства. В то же время на настоящем этапе развития человечества она [служба], с одной стороны, не рассматривается как абсолютное зло, но, с другой стороны, и не считается добродетелью. Пока человечество не может обойтись без войн и насилия, однако сегодня постоянно подчеркивается движение человечества к миру. Альтернативная служба помогает государству продемонстрировать своим гражданам и всему окружающему миру, что оно привержено данной идее.

Убеждения – это осознанные потребности личности, побуждающие ее действовать в соответствии с собственными ценностными ориентациями. Они определяют эмоциональное и нравственное отношение личности к реальности и получаемым знаниям.

Убеждения могут  вступать в конфликт как с воинской службой в целом, так и с конкретными функциями, которые необходимо выполнять в связи с воинской службой. К таким убеждениям относятся:

• Религиозные убеждения

Религиозные убеждения, препятствующие прохождению воинской службы, как правило, базируются на концепции ненасилия, то есть отказе от использования насилия при решении каких бы то ни было проблем и конфликтов.

В частности, христианские религии утверждают, что война есть следствие отхода человека от Бога, разрыва с ним и становления на путь греха, поэтому «нет мира нечестивым» (Ис., 57,21). Однако любящий свое творение Господь желает только мира: «Я исполню слово: мир, мир дальнему и ближнему, говорит Господь» (Ис., 57,19). Следовательно, каждый христианин в соответствии с волей Бога должен бороться за мир, «искать мира и стремиться к нему». Кроме того, молодые протестанты ссылаются на принцип Священного Писания «не клянись», когда после призыва в Вооруженные Силы обращаются к командованию с просьбой разрешить им проходить воинскую службу без принятия воинской присяги.

• Философские убеждения

Философские убеждения, идущие вразрез с воинской обязанностью, базируются на работах философов, начиная с античности и заканчивая современностью. В частности, вопрос об обуздании войны в интересах мира был одним из центральных в «Государстве» Платона и «Афинской политии» Аристотеля.  Античные мыслители обратили внимание, что не только война, но и подготовка к ней влекут за собой необратимые деструктивные последствия, деформируя сложившийся механизм общественных отношений и даже вовсе разрушая его, особенно при завоевательных войнах.

• Политические убеждения

Политические убеждения – убеждения, определяющие отношение личности к государству и партиям, политическим ценностям и целям развития, реалиям политической жизни, в том числе к войне и вооруженным конфликтам.

Виды политических убеждений, конфликтующих с воинской службой:

Концепция ненасилия – отказ от использования насилия при решении каких бы то ни было проблем и конфликтов. Она существует не только в религиях (христианство, индуизм, конфуцианство, буддизм и др.), но и в политике. Например, среди известных политиков данной концепции придерживался М.Ганди.

Пацифизм — осуждение любой войны как аморальной.  При этом для получения права на альтернативную службу гражданину не обязательно быть абсолютным пацифистом или выступать против вооруженных конфликтов вообще. Отказ от воинской службы может быть выборочного характера, т. е. отказом от участия в каком-то конкретном вооруженном конфликте, основанным на глубоких убеждениях.

Антимилитаризм – убеждение о недопустимости использования вооруженного насилия при разрешении внутренних и межгосударственных противоречий (в основном против несправедливых войн и военных операций, проводимых в реакционных целях)

• Морально-этические, нравственные убеждения

Отличием от перечисленных выше убеждений является их способ формирования: гражданин может быть атеистом, не симпатизирующим какому-либо политическому направлению или философской концепции, но в силу своего воспитания, жизненного опыта (личного, семейного, иного) являться носителем нравственных установок, вступающих в противоречие с одной или несколькими обязанностями военнослужащего.

• Иные убеждения

Существуют убеждения, которые невозможно отнести к вышеперечисленным, но при этом определяющие поведение личности и ее отношение к воинской службе не в меньшей степени. Например, такие убеждения зачастую формируются у людей, переживших вооруженные конфликты или столкнувшихся с их последствиями, жертв насилия, граждан, чьи близкие люди погибли, получили увечья или перенесли иные страдания (в т.ч. «дедовщину») во время прохождения воинской службы.

3. Срок прохождения альтернативной службы

Срок альтернативной службы не должен превышать более чем в 1,5 раза срок прохождения срочной военной службы.

Максимальный срок альтернативной  службы не может быть более 27 месяцев, а для лиц с высшим образованием – не более 18 месяцев.

Обоснование:

Основными причинами, определяющими более длительный срок прохождения альтернативной гражданской службы, являются:

- различие в характере службы (наличие штатного расписания, социальные и трудовые гарантии,  предоставление социальных оплачиваемых и неоплачиваемых отпусков, выходные);

- наличие преимущественно территориальности службы (лицо проходит службу по месту постоянного жительства);

- иные степень риска при прохождении службы и условия службы;

- свобода передвижения;

- возможность поступления, продолжения учебы в учебных заведениях на дневной, заочной форме обучения.

Однако срок альтернативной службы не должен существенно отличаться от срока прохождения воинской службы. В Резолюции 1998/77 Комиссии ООН по правам человека (сейчас – Совет ООН по правам человека) отмечается, что различные формы альтернативной службы должны быть совместимы с соображениями совести, служащими поводом для отказа, должны отвечать общественным интересам и не должны носить характер наказания.

В большинстве европейских стран продолжительность альтернативной службы в 1,5 раза превышает продолжительность военной службы. Наиболее часто продолжительность альтернативной службы в 1,5 раза превышает продолжительность военной службы (в восьми странах), еще в шести странах продолжительность альтернативной службы превышает продолжительность военной службы более чем в 1,5 раза, но не более чем в 2 раза. В трех странах продолжительность альтернативной службы превышает срок военной службы менее чем в 1,5 раза. Таким образом, сложившаяся европейская практика в этой сфере показывает, что срок альтернативной службы хоть и превышает срок военной, но незначительно.

4. Место прохождения альтернативной службы

Местами прохождения альтернативной службы являются организации, деятельность которых осуществляется на территории Республики Беларусь и связана с социальной защитой населения, здравоохранением, защитой окружающей среды, образованием, благотворительностью и другой общественной полезной  деятельностью. Местами прохождения альтернативной службы не могут являться организации жилищно-коммунальной, производственной и сельскохозяйственной сфер, а также организации, подчиненные Министерству обороны Республики Беларусь.

Обоснование:

Альтернативная служба должна носить общественно-полезный характер и приносить максимальную пользу обществу в тех социальных областях, которые в обществе не считаются  престижными.

Альтернативная служба носит гражданский характер. Это означает, что гражданин, выбравший альтернативную гражданскую службу, не должен проходить её на военных объектах, а также в организациях, подведомственных (подчиненных) Министерству обороны Республики Беларусь. В самом понятии «альтернативная гражданская служба» заложен невоенный характер данной службы, и, соответственно, место прохождения альтернативной службы никоим образом не должно быть связано с военной сферой.

Сферы, в которых рабочая группа рекомендует проходить альтернативную гражданскую службу:

1. Деятельность, связанная с социальной защитой населения и здравоохранением. В нее включается служба во всех медицинских и иных учреждениях, осуществляющих уход за больными (в т.ч. паллиативными), инвалидами, малообеспеченными и другими социально незащищёнными категориями граждан;

2. Деятельность, связанная с защитой окружающей среды. К ней относится служба в экологических организациях и организациях, которые осуществляющих мероприятия по ликвидации последствий экологических катастроф;

3.Деятельность, связанная с образованием. К такой деятельности относится служба, в первую очередь, в домах-интернатах и детских домах, связанная с оказанием помощи детям с различными пороками развития;

4.Благотворительная деятельность. В нее включается служба в благотворительных организациях, деятельность которых связана с поддержкой социально значимых инициатив.

5. Порядок определения мест для прохождения альтернативной службы

Местные исполнительные и распорядительные органы утверждают перечень организаций района, города, области, где предусматривается прохождение гражданами альтернативной службы. При формировании перечня данные органы учитывают гражданский и общественно-полезный характер альтернативной службы. Комиссия принимает решение о направлении на альтернативную службу лица с учетом его состояния здоровья, семейного положения, профессиональной подготовки, образования и с учетом личных пожеланий лица.

Обоснование:

Перечень организаций формируется с учётом обоснованной потребности в кадрах и основывается на общественно-полезном характере прохождения службы. Исполнительные органы при формировании перечня учитывают потребности региона в тех или иных работниках. Формирование перечня по такому принципу, полагаем, соответствует целевому и рациональному использованию трудовых ресурсов.

Состояние здоровья лица, поступающего на альтернативную службу, является важным фактором, который должен учитываться при принятии комиссией соответствующего решения, поскольку при различных видах работ могут предъявляться различные требования к физическому развитию работника. Семейное положение так же должно учитываться при принятии решения, так как этот социальный фактор зачастую является приоритетным и напрямую влияет на материальное и психологическое состояние работника.

Образование и профессиональные навыки, квалификация, стаж и профессия обязательно должны учитываться при принятии решения комиссии, так как распределение трудовых ресурсов должно быть рациональным и экономически обоснованным.

Комиссия должна учитывать пожелания лица, поступающего на альтернативную службу, по месту прохождения АГС, т.к. это может влиять на качество выполняемой работы.

6. Порядок рассмотрения заявления о поступлении на альтернативную службу и принятие решения по нему

Направление на альтернативную службу осуществляется по решению призывной комиссии на основании заявления гражданина о прохождении альтернативной службы, поданного в соответствии с требованиями закона. Заявление о прохождении альтернативной службы может быть подано как до призыва на воинскую службу, так и во время прохождения срочной воинской службы.

Призывная комиссия обязана принять заявление о поступлении на альтернативную службу и в письменной форме уведомить гражданина о дате заседания призывной комиссии по рассмотрению заявления. Поданное заявление рассматривается призывной комиссией в течение месяца после его поступления.

При наличии в заявлении предусмотренных законом оснований для прохождения альтернативной службы комиссия принимает решение об освобождении гражданина от воинской службы и призыве его на альтернативную службу.

В случае возникновения у комиссии сомнений в действительности указанных сведений, а также в случае отсутствия в заявлении оснований для прохождения альтернативной службы комиссия принимает решение о проведении проверки наличия оснований для прохождения альтернативной службы.

Для осуществления проверки наличия оснований для прохождения альтернативной службы по решению призывной комиссии или по просьбе лица, чье заявление рассматривается, могут быть приглашены представители общественных и религиозных организаций, а также граждане для дачи соответствующих заключений или пояснений по существу заявления гражданина. Кроме того, призывная комиссия вправе  запрашивать у организаций, учреждений всех форм собственности сведения, необходимые для проведения проверки.

По результатам проверки наличия оснований для прохождения альтернативной службы призывная комиссия  принимает одно из следующих решений: об освобождении гражданина от воинской службы и призыве его на альтернативную службу; об отказе  в предоставлении альтернативной службы; об оставлении  заявления гражданина без рассмотрения. Решение комиссии может быть обжаловано в судебном порядке.

Обоснование:

Нами предлагается заявительный порядок предоставления альтернативной службы, при котором решение о предоставлении альтернативной службы принимается призывной комиссией на основании изучения личности призывника. При этом рекомендуем включить в законопроект требование о проведении проверки оснований для предоставления альтернативной службы лишь в исключительных случаях, когда имеются серьезные сомнения в их наличии.

Важным является предлагаемая норма о том, что заявление о прохождении альтернативной службы может быть подано во время прохождения срочной воинской службы. Такая рекомендация содержится и в резолюции Комиссии ООН по правам человека (сейчас – Совет ООН по правам человека) 1998/77: «у лиц, находящихся на военной службе, могут возникнуть поводы для отказа от нее по соображениям совести». Аналогично в своей рекомендации 1518 (2001) Совет Европы предлагает принять законодательные нормы, признающие «право на регистрацию в качестве лица, отказывающегося от несения военной службы по соображениям совести, в любое время до, во время или после призыва на военную службу или во время прохождения военной службы».

Кроме того, предлагаем включить в законопроект указание на презумпцию доверия к искренности убеждений гражданина, изъявившего желание проходить альтернативную службу. При этом процедура проверки оснований для прохождения альтернативной службы не должна быть унизительной и оскорбляющей честь и достоинство лица, заявившего о желании поступить на альтернативную службу.

7. Социальный статус и трудовые права лиц, проходящих альтернативную службу

Лицо, проходящее альтернативную службу, приобретает статус альтернативно служащего с момента заключения трудового договора с организацией, определенной местом прохождения альтернативной службы.

Лицо, проходящее альтернативную службу,  пользуется всеми правами и свободами, предусмотренными Конституцией, международными договорами Республики Беларусь, иными законодательными актами,  за исключением  некоторых ограничений, предусмотренных законодательными актами, связанных с особым статусом лица, проходящего альтернативную службу.

Трудовые отношения между нанимателем и лицом, проходящим альтернативную службу, регулируются трудовым законодательством, за исключением случаев, обусловленных особым статусом лица, проходящего альтернативную службу.

Заработная плата лица, проходящего альтернативную службу, исчисляется исходя из действующего штатного расписания организации. Выплата премий и иных выплат осуществляется в соответствии с действующим законодательством.

Лицу, проходящему альтернативную службу, предоставляются отпуска и выходные наравне с другими работникам организации.

Лицо, проходящее альтернативную службу, при наличии уважительных причин имеет право на изменение места прохождения альтернативной службы. В случае отказа призывной комиссии изменить место прохождения альтернативной службы  лицо, проходящее альтернативную службу, имеет право обжаловать данное решение в судебном порядке.

Лицо, проходящее альтернативную службу, не имеет права на расторжение трудового договора по своему желанию, за исключением случаев принятия призывной комиссией решения об изменении места прохождения альтернативной службы. В таком случае решение призывной комиссии является основанием для расторжения трудового договора.

Срок прохождения альтернативной службы включается в общий трудовой стаж. Лицо, проходящее альтернативную службу, подлежит исключению с воинского учета.  Лица, прошедшие альтернативную службу, зачисляются в запас Вооруженных Сил.

Наниматели не вправе по своей инициативе расторгать трудовой договор с лицом, проходящим альтернативную службу, за исключением случаев, предусмотренных п.п. 1,2 ст. 42 Трудового кодекса Республики Беларусь, а также случаев совершения виновных действий лицом, проходящим альтернативную службу.

В случае увольнения лица, проходящего альтернативную службу, за совершение виновных действий, предусмотренных в ст. 42 ТК, призывной комиссией принимается решение о направлении его в другую организацию для прохождения альтернативной службы.

В случае повторного расторжения трудового договора за совершение виновных действий лицом, проходящим альтернативную службу, он несет ответственность, предусмотренную законодательными актами Республики Беларусь, которая не должна быть связана с лишением свободы.

«У прапановах сфармуляваны найбольш важныя для нас прынцыпы будучага закона. Мы настойваем на заяўным прынцыпе атрымання АГС, тэрміне службы, не больш чым в паўтары разы перавышаючым   тэрмін вайсковай, выключна грамадзянскі характар службы і   многія іншыя моманты, як напрыклад, права на  самостойны выбар месца прахаджэння службы, права на замену дадзенага месца, працоўныя і сацыяльныя гарантыі асобам, што праходзяць АГС. Міністэрства працы,адказнае за распрацоўку заканапраекта аб АГС, не раз декларавала гатоўнасць да супрацы з грамадскасцю. Зараз крок за імі,»—лічыць  актывіст кампаніі «За АГС ў Беларусі» Федар Масленікаў

Аўторы прапановаў— прадстаўнікі  моладзевых арганізацый («Грамадзянскі Форум», «Маладыя дэмакраты», «Рух Будучыні», «Малады фронт»), праваабаронцы («Цэнтр правовой трансфармацыі», «Беларускі Хельсінкскі камітэт»), студэнты і іншыя зацікаўленыя асобы.

Пасля прэзентацыі прапановы былі накіраваны ва ўрадавую працоўную групу

www.ags.by

links:

http://new.racyja.com/news/prapanovy-u-zakon-%E2%80%9Cab-alternatyunai-sluzhbe%E2%80%9D

http://naviny.by/rubrics/society/2010/07/07/ic_news_116_334536/

http://news.date.bs/society_179834.html

http://news.21.by/society/2010/07/07/97977.html

http://nn.by/?c=ar&i=40741

http://naviny.by/rubrics/society/2010/07/07/ic_news_116_334536

http://new.racyja.com/news/prapanovy-u-zakon-“ab-alternatyunai-sluzhbe”

http://www.ucpb.org/?lang=rus&open=25815

http://www.spring96.org/be/news/34649/

http://news.date.bs/society_179834.html

Предложения предназначены правительственной межведомственной рабочей группе по разработке проекта закона об альтернативной гражданской службе и включают в себя подходы к концептуальному содержанию будущего законопроекта по наиболее важным моментам— определение альтернативной службы, мотивы предоставления АГС, процедура замены воинской службы альтернативной, срок , характер и места прохождения службы, социальные гарантии и другие аспекты.

Авторы предложений— представители различных молодежных организаций («Гражданский форум», «Молодые демократы», «Движение Будущего», «Молодой фронт»), правозащитники («Центр правовой трансформации», «Белорусский Хельсинкский комитет»,), студенты и другие заинтересованные лица.

После презентации предложения будут переданы в Министерство труда и социальной защиты, как органу, непосредственно отвечающему за разработку законопроекта.

Ранее руководитель группы, министр труда Марианна Щеткина неоднократно заявляла о готовности рассмотреть любые предложения от общественных организаций

Мониторинговая группа гражданской кампании

«За альтернативную гражданскую службу в Беларуси»

www.ags.by

Международная амнистия» признала Ивана Михайлова узником совести. Гражданская кампания «За альтернативную гражданскую службу» организовала большую международную кампанию солидарности. 31 мая cуд Минского района полностью оправдал «закосившего», не найдя состава преступления в его действиях, а 15 июня Миноблсуд отклонил протест прокуратуры на оправдательный приговор. Это первый случай в Беларуси, когда верующий «уклонист» был оправдан.

Кстати, на следующий день суд Московского района вынес решения в отношении семи других «уклонистов». Пятеро из них приговорены к выплате штрафа по 100 базовых величин. (Br3,5 млн.). Еще одному горе-призывнику назначено наказание в виде ареста сроком на четыре месяца, другому – арест сроком на шесть месяцев и принудительное лечение от алкоголизма.

«Сотрудники военкомата странно настроены по отношению к молодым людям, – припоминает Михайлов. - Всеми правдами и неправдами им надо человека затянуть в армию. Так что логично, что они мне не поверили: они никому бы не поверили. Странно, что закон об альтернативной службе до сих пор не принят. Человек просит службу, прописанную в Конституции, а его садят в тюрьму».

ОБ УБИЙСТВЕ МАНЬЯКА

Его нежелание маршировать и стрелять по мишеням объяснимо: «Одна из заповедей гласит «не убий». Понятно, что в армии убивать не придется. Но брать в руки оружие для того, чтобы полтора года играть с ним? Не вижу смысла. В любом случае человек, принявший присягу, в случае какой-то агрессии обязан будет идти воевать». К тому же «Библия запрещает давать клятвы. Если бы мне пришлось давать присягу на альтернативной службе, сделал бы это в другой форме: просто пообещал».

Михайлов не представляет ситуации, в которой мог бы убить человека: «Конечно, если, к примеру, маньяк пытается что-нибудь нехорошее сделать, почему бы его не остановить. Некоторые считают, что для этого можно и убить. По-моему, необязательно убивать, чтобы остановить от нехороших действий. Я бы попросту попробовал нейтрализовать – связать или просто больно побить, чтобы он раздумал это делать. Вдруг удастся переубедить?»

В случае войны «помогу стране, никого не убивая. Я бы мог, накопив опыт во время альтернативной службы, делать то же самое на войне – помогать раненым и инвалидам, которые давно ранены и уже залечились».

Военкомат, выслушав миролюбивого призывника, предложил пойти в резерв: «А потом вдруг сами же отказали – направили на срочную службу. А на срочную я не пошел. Был в командировке в Солигорске, когда вечером за мной пришли два крепко сбитых парня в кожаных куртках и спортивных штанах. Говорили, мол, отвезем, поговоришь со следователем и отпустим. Отвезли на Жодино, и всё».

Сокамерники «были нормальные ребята. Все замечательные люди – кто жене челюсть разбил, кто пьяным ездил, кто дрался по пьяни. Они просветили: мол, если тебя привезли уже на Жодино, то маловероятно, что выпустят. Я говорю: да вы что, выпустят!»Жаловаться другие зеки отговаривали: «Они наслышаны таких историй: написал кассационную жалобу – получи еще больший срок!»

ОБ «ИНТЕРЬЕРЧИКЕ» И ТАЗИКЕ

Оправдательного приговора не ожидал: «Если бы в нашем государстве не захотели оправдывать – не оправдывали бы. Видимо, были указания сверху. Я же уже почти отбыл наказание! Признавать невиновным с бухты-барахты после этого никто не станет. Чтобы статистику не портить: мол, самая лучшая прокуратура на планете».

Логично потребовать компенсацию за страдания: «Тяжело там. Тебя насильно закидывают в среду, где не слишком чисто и приятно. Плохая еда. Даже каша на завтрак плохая – шлаки, а не каша. Первые дня три не притрагивался».

К тому же «закинули в камеру с людьми, с которыми я сам не стал бы оставаться наедине. Они все смешно оправдывались за свои преступления. Один мужичок украл кольцо. Говорил, мол, не украл, а забыл отдать. Спрашиваю, а сколько времени не отдавал? «Пару месяцев». – «А потом вернул?» – «Нет, я его на мобильник обменял».

«Интерьерчик в камере» не особо ужаснул: «Я бывал на Окрестина за политические акции – так на Жодино даже получше. Туалет там ужасный такой, отгорожен небольшой стеночкой, но уединенности нет. Бывают люди, которые могут заговорить, стоя напротив. Странные повадки у людей».

Новичков «подкалывают», чтобы проверить характер: «Надо мной не подшучивали, хотя это может прозвучать странно, как будто я вру. А так «новеньких», например, просили тазик брать в душ. По правилам все наоборот – тазик с собой брать нельзя. Шутка старая, как сама тюрьма. Охранники в коридоре злятся: опять тазик кто-то волочет!» Матерые зеки не сразу оценили его антивоенный пафос: «Говорили – докосился. Хотя они-то совершали еще большие проступки, я, по крайней мере, не преступник».

О ДЕСАНТНИКЕ, ВЫПИЛИВАЮЩЕМ СТУЛЬЯ

Ему не пришлось отказываться брать в руки оружие на уроках допризывной подготовки: «Там оружием не пахло. Преподаватель, бывший десантник, не посещал уроки. Он больше по труду специализировался и хотел, чтобы мы стулья выпиливали на уроках ДПИ».

Другие заповеди он тоже тщательно соблюдает: «Маленькая вещичка лежит – человек возьмет и украдет, пусть даже никто и не заметит, а ему пригодится. Многие могут считать это правильным. А я б так не стал делать. Но если я буду перечислять такие штуки, это будет выглядеть как хвастовство».

Он не боится, что создал лазейку для уклонистов, которые начнут прикидываться верующими: «Если они начнут вступать в церкви и общины, регулярно их посещать – это же хорошо. Не так просто подтвердить, что ты член религиозной организации. На суде у меня потребовали сначала справку из общины, а потом пастора вызвали как свидетеля. Если только уклонисты не начнут создавать свои религиозные организации – общины косящих».

О ВОИНСКОЙ ЧАСТИ ДЛЯ ГЕЕВ

Косить по причине нездоровья он не пытался: «У меня есть знакомые, которые это проделывают: проходя обследование, пьют кофе, выкуривают пачки сигарет, повышают давление. Надолго это не помогает – максимум на полгода. К следующему призыву их опять перепроверяют».

Мысли нанести себе увечье не было: «Слышал, что если отрубить большой палец на ноге, в армию не берут, но и ходить после этого нормально не получится».

Как известно, нередко альтернативной службы или отсрочки требуют сексуальные меньшинства: «Негативно отношусь к геям. Конечно, не требую их расстреливать и сажать, но мне это не нравится». В их случае отсрочка логична: «В армии много парней, которые совсем уж негативно относятся к геям. Хотя государство могло бы организовать отдельную часть для сексуальных меньшинств».

Армия должна быть профессиональной: «А так ерунда получается: собрали парней – научили копать. Странно, что людей пытаются заставить служить. Никого же не заставляют быть санитаром скорой помощи или милиционером – он тоже защищает родину, ходит по дворам».

Не стоит опасаться, что белорусских солдат пошлют воевать, например, в Киргизию: «У нас война – фобия населения, каждый второй говорит, что любит президента за то, что нет войны. Лукашенко не захочет терять один из своих основных козырей». Мысли пойти в армию, чтобы распространять там свои взгляды, не возникает:«Я с таким успехом могу умышленно сесть с тюрьму».

ДЕТЕКТОР ЛЖИ

- Тебе досталось хорошее место на нарах?

- Там хороших нет. Чем дольше там находишься, тем больше освобождается мест подальше от окна и параши.

- Была ли причиной нежелания отдавать долг родине боязнь дедовщины?

- Я представлял, что, как белая ворона в стае, могу подвергнуться прессингу. Но это не было основной причиной.

- Допустим, ты прогуливаешься по переулку с бутылкой пива в руке, нападает злобный хулиган, к примеру, с ножом. Сможешь сделать «розочку» и бить на поражение?

- Я просто убегу.

- Почему в 22 года ты относишься к религии намного серьезней, чем многие сверстники?

- Для меня религия – это не хобби. С детства воспитывался в такой семье – родители ходили в церкви, время от времени меняли их.

- Не думал о постриге?

- Нет. Но если бы было рвение изнутри, это было бы возможно.

- Считал себя политзаключенным?

- Это больше общественный вопрос, но, с другой стороны, и политический, а значит, и я – политзаключенный.

- Военкомат сделал тебя знаменитостью?

- На улицах пока не узнают.

- Какая причина «откоса» от армии более уважительная – религиозность или сексуальная ориентация?

- Могу предвзято сказать, что религиозность. Но пока у нас никакая причина не является уважительной.

- Будешь требовать денежную компенсацию за страдания?

- Да.

КОНТРАТАКА

- Не соглашусь с тем, что в белорусской армии уютно и комфортно! Если у нас, в отличие от России, в армии на органы не продают людей, это не значит, что там хорошо. В военном смысле это большой неповоротливый механизм. Во время учений, скажем, чтобы сбить цели, несколько недель тренируются, стреляют, чтобы научиться метко попадать. А ведь на войне нет возможности две недели тренироваться, чтобы потом сбить самолеты, оккупирующие территорию. Считаю такую армию одним из способов работы с населением, чем-то вроде обработки мозгов.

Наталья ПРОВАЛИНСКАЯ

http://belgazeta.by/20100621.24/550325681/

Правозащитник Валентин Стефанович опасается, что приговор Евгению Яковенко может повлиять на разработку закона об альтернативной службе. Об этом он заявил 15 июня на заседании круглого стола в поддержку Яковенко.

4 июня суд Центрального района Гомеля приговорил активиста создаваемой партии «Белорусская христианская демократия» Евгения Яковенко к году ограничения свободы за уклонение от призыва на воинскую службу. На основании Конституции он требовал от военкомата общаться с ним на белорусском языке, а также просил дать ему возможность пройти альтернативную службу

По словам Стефановича, Яковенко требовал прохождения альтернативной службы на основании своих пацифистских убеждений и соображений гуманности. Он обратил внимание на то, что 15 июня Минский областной суд отклонил протест прокуратуры на оправдательный приговор прихожанину общины «Новый завет» Ивану Михайлову, который обвинялся в уклонении от службы в армии. А 31 мая суд Центрального района Гомеля признал невиновным в уклонении от призыва на воинскую службу члена религиозной общины «Свидетели Иеговы» Дмитрия Смыка и оправдал его.

«В связи с этим осуждение Евгения Яковенко вызывает большое беспокойство. Потому что в результате такого приговора законодатели могут заложить в закон только узкий перечень тех людей, которые имеют право проходить альтернативную службу: например, только если служить в армии им не позволяют исключительно религиозные убеждения. Между тем, международное право предусматривает более широкий перечень убеждений, на основании которых молодые люди не могут служить в армии. Это и пацифистские, и религиозные, и гуманитарные соображения», – подчеркнул Стефанович.

Если в закон об альтернативной службе будет включено право на альтернативную службу исключительно по религиозным убеждениям, «это совершенно не то», чего требуют правозащитники. «Убеждения совести – понятие гораздо шире, чем религиозные убеждения», – полагает Стефанович.

Тем временем правозащитная организация «Международная амнистия» готовится к проведению срочной кампании с требованием отменить приговор Евгению Яковенко. Об этом сообщил Валентин Стефанович.

Он сообщил о приговоре Яковенко в «Международную амнистию», описал обстоятельства дела и выслал копию приговора. «Я написал, что молодой человек требовал альтернативной службы из-за его убеждений. В ответ мне пришло сообщение, что «Международная амнистия» собирается начать кампанию срочных сообщений на имя президента Беларуси, в Верховный суд и Генеральную прокуратуру с требованием отменить приговор Яковенко», – сказал Стефанович.

При этом он отметил, что поставил «Международную амнистию» в известность о том, что реальное лишение свободы Яковенко не угрожает. «Во-первых, ограничение свободы не является лишением свободы. Во-вторых, к нему может быть применена амнистия, законопроект о которой 15 июня одобрен Советом Республики и ждет только подписи президента. Но сам факт осуждения по такому делу оказался для «Международной амнистии» важным, если они решили предпринять такую кампанию», – отметил Стефанович.

Белорусские правозащитники квалифицируют приговор Евгению Яковенко как политически мотивированный, заявил далее Валентин Стефанович.

«Мы делам вывод, что Яковенко осужден из-за своих убеждений, – заявил Стефанович. – Он неоднократно письменно обращался в военкомат, с тем чтобы ему предоставили возможность прохождения альтернативной службы по пацифистским убеждениям. Суд Центрального района Гомеля, где проходил процесс, посвятил выяснению его пацифистских убеждений почти целый день. Однако, если посмотреть на приговор, никакой оценки этим убеждениям суд не дал. Да и про альтернативную службу в приговоре сказано лишь вскользь».

По словам правозащитника, если рассматривать данный приговор с точки зрения международных стандартов, то человек имеет право требовать прохождения альтернативной службы по убеждениям совести. «Убеждения совести могут быть самые разные – они могут быть не только религиозными, но и пацифистскими, гуманитарными, гуманистическими. И эти убеждения могут не позволять человеку даже гипотетически участвовать в подготовке к войне или боевым действиям, то есть – к убийству себе подобных», – отметил Стефанович.

Он заявил, что белорусская Конституция предусматривает возможность прохождения альтернативной службы, так что у Яковенко были все основания ее требовать.

Пока Яковенко находится на свободе, по его приговору готовится кассационная жалоба в Гомельский областной суд.

open.by

Как сообщает БелаПАН, ранее он был признан виновным и отбыл по этому обвинению практически весь срок ареста в течение трех месяцев. 21-летний прихожанин «Нового завета» Иван Михайлов отказался служить в армии, куда был призван в декабре 2008 года. Он тогда попросил альтернативную службу в соответствии со статьей 57 белорусской конституции, но ему было отказано и молодой человек попал под арест.

Правозащитная организация «Международная амнистия» признала Михайлова узником совести.

Завтра, 15 июня 2010 г., Минский областной Суд рассмотрит протест прокуратуры Минского района на оправдательный приговор Ивану Михайлову.

Молодой верующий настаивал на предоставлении альтернативной гражданской службы либо на прохождении службы в резерве (за отсутствием АГС), однако обвинялся в уклонение от армии по ст. 435 ч.1 УК РБ. 31 мая Суд Минского района полностью оправдал Ивана Михайлова, не найдя состава преступления в действиях Михайлова.

Ранее Минский областной Суд уже отменил обвинительный приговор в отношении Михайлова и направил дело на новое рассмотрение.

По первому – обвинительному—приговору Михайлов провел в заключении почти 3 месяца, и оправдательный приговор дает ему право требовать от государства финансовую компенсацию за моральные и иные страдания ввиду незаконного осуждения и содержания под стражей.

Мониторинговая группа гражданской кампании
«За альтернативную гражданскую службу в Беларуси»

Скачать видео

- Давайте просветим наших слушателей: что происходит в стране с альтернативной службой?

М.П.: – Альтернативной службы на сегодняшний день нет.

- У нас в Конституции есть статья, которая предполагает, что она должна быть, но ее нет.

М.П.: – Именно. На протяжении последних 10-15 лет разговоры все ведутся, а службы до сих пор нет.

- Начнем с того, где и с кем ведутся эти разговоры последние 15 лет?

Е.Т.: – Я начну с вопросов конституционного характера. Конституции нашей уже достаточно лет, и статья 57, которая предполагала альтернативную службу, существует с первой редакции Конституции независимой Беларуси. Прямая конституционная норма, которая предписывает возможность для граждан иметь право отдать свой священный долг не только в форме службы в армии, но и каким-то иным образом, не надевая форму, не беря в руки оружие, не подчиняясь приказу военных и так далее.

Для меня в данном случае речь идет о выборе. Понятно, что есть обязанность, но та же Конституция дает возможность реализовать это право, имея выбор. С 1994 года такое положение – прямая конституционная норма, прямое конституционное право, однако понятно, что правовая система в Беларуси построена таким образом, что она законодательство развивает посредством специальных законов. До сегодняшнего дня специального закона об альтернативной гражданской службе не принято, то есть до сегодняшнего дня мы не имеем процедуры, согласно которой можно это право реализовать. Для меня как для юриста, который соотносит себя с конституционным правом вся эта ситуация выглядит как минимум странно, как максимум – безответственно. Были и есть в Беларуси граждане, которые в первую очередь по религиозным мотивам не могут служить в армии. И мы знаем, что такие случаи были.

В 2000 году несколько дел были доведены до Конституционного суда. Это были не прецеденты, но это были первые дела, доведенные до столь высокого уровня правового разбирательства. На тот момент Конституционный суд мог работать с такого рода обращениями граждан. И Конституционный суд установил, что есть конституционное право, оно должно быть реализовано и закон должен быть принят. С тех пор опять-таки прошло много лет. Уже третий созыв парламента с тех пор как Конституционный суд сказал, что закон должен быть принят.

Для меня большая загадка, как функционирует вся эта система. Есть прямое конституционное предписание. Понятно, что законотворцы должны были бы реализовать его на практике посредством создания закона. Есть постановление Конституционного суда, где четко сказано, что из-за того, что закона нет, нарушаются права совершенно конкретных людей. Это ненормально в правовом государстве. Опять нет реакции нормотворцев, но нет реакции и органов, осуществляющих контроль функционирования этой правовой системы: прокуратура до сегодняшнего дня ничего не сказала, никто ничего не сказал нашим парламентариям насчет того, что пора бы уже принять закон. Все должно работать как минимум для того, чтобы права граждан не нарушались, а как максимум – чтобы содействовать их полной реализации.

- Как фиксируется каким-то судом, что нарушаются права граждан? Как часто подаются жалобы типа «мы хотим реализовать наше конституционное право, не хотим идти под ружье, хотим альтернативную службу»?

Е.Т.: – Статистикой такой мы, конечно же, не обладаем. Мы работаем и знаем о тех случаях, которые становятся предметом гласности, публичности. Перед новым годом мы получили три дела, которые вызвали серьезный общественный резонанс – два дела в Гомеле и одно в Минске. Было очевидно, что происходит крайняя несправедливость: задержание с наручниками, изолятор, тюрьма в конечном итоге – просто за то, что человек пытался реализовать свое конституционное право. С какой-то точки зрения – да, уклоняются от службы, но на самом-то деле это не так. Эти вопросы получили широкую огласку, пресса осталась небезразлична, стали объединяться некие гражданские группы, это получило международный резонанс: правозащитники почти всех европейских стран обратились к президенту Республики Беларусь с требованием прекратить преследование тех, кто выбирает альтернативную гражданскую службу, принять закон и до принятия закона не привлекать к уголовной и административной ответственности тех граждан, которые выбирают другой способ служения, нежели воинская служба.

- Сработала общественная инициатива?

Е.Т.: – Сработала гражданская инициатива и, на мой взгляд, это один из немногих случаев. Это вселяет какую-то надежду и уверенность, что эта инициатива будет доведена до конца.

- В феврале было дано распоряжение президента разработать законопроект, была создана инициативная группа, которая этим занимается. Вы как-то следите за этим процессом? Там что-то происходит?

Е.Т.: – Конечно, следим.

- Насколько я знаю, Вы хотели бы присоединиться к этому процессу. Как там относятся к этому Вашему желанию?

Е.Т.: – Я бы сказала, что есть несколько фаз взаимодействия и несколько разных форм взаимодействия. После того как была создана межведомственная рабочая группа, мы обозначили свое желание иметь непосредственное место в процессе нормотворчества. Мы обратились к тем лицам, которые могли принять соответствующее решение и попросили включить нашу организацию, – которая считается экспертной, в том числе и в вопросе альтернативной гражданской службы, – в состав разработчиков. До сегодняшнего момента этого не случилось, но объяснений этому мы тоже не получили.

- Официальные письма были?

Е.Т.: – Были. Были реплики. Я считаю себя экспертом, у нас есть экспертные позиции, у нас есть материалы, наработки, контакты с ведущими экспертами региона СНГ и Центральной Европы по этому поводу, мы можем быть хорошим ресурсом. Ответа, который меня убедил бы в том, что есть аргументы, я не получила.

- А что написали, Михаил?

М.П.: – Был момент интересный, потому что сначала мы обратились в СовБез, которому было дано поручение. Буквально через пару дней мы узнали, что наше обращение из Совета Безопасности было передано в Министерство труда. Мы ждали ответа, а потом прочитали на одном из сайтов, что уже создана межведомственная рабочая группа по разработке законопроекта об альтернативной воинской службе. Это было 2 апреля. А 7 апреля мы получаем ответ от 4 апреля, что, к сожалению, рабочая группа уже сформирована. Было очень интересно, потому что письмо шло почти месяц, и создалось впечатление, что некоторые люди просто решили подождать, а потом просто сказать, что «праздник закончился, вы опоздали». С другой стороны, сегодня Министерство труда уже более конструктивно с нами работает. Елена расскажет, как их представители участвовали в конференции.

- Марианна Щекина непосредственно участвует в этом процессе создания законопроекта?

М.П.: - Она возглавляет рабочую группу.

- Вот я и спрашиваю.

Е.Т.: – Вы сейчас задаете вопрос на грани фола. Есть человек, который руководит рабочей группой. Если посмотреть на состав, то там достаточно высокопоставленные должностные лица. Представить, что они все сидят и дружно читают о том, что такое альтернативная гражданская служба, как это облечь в правильную юридическую форму, чтобы всем было хорошо, наверное, можно, но верится с трудом. Но есть всегда люди-исполнители, которые начитывают, ставят задачи, формулируют и так далее.

Давайте я расскажу, что мы делаем для того, чтобы находиться в контексте этого процесса. Когда мы поняли, что нас не включили в состав рабочей группы, необходимость и внутренняя мотивация у нас никуда не делась, – и мы стали искать другие формы. Мы сделали очень качественную и глубокую подборку теоретических материалов, потому что когда ты занимаешься чем-то узконаправленным долго и серьезно, понятно, что у тебя накапливается объем материалов. Люди, которые только сейчас начали этим заниматься, не соберут этого. Более того, когда ты занимаешься компаративистикой и имеешь возможность сравнивать разные модели, ты понимаешь, что работает, а что нет, почему работает, почему нет. В этом смысле мы подготовили достаточно глубокую подборку материалов и передали каждому члену рабочей группы – а их 13 человек. Там есть законы Молдовы, Российской Федерации, Германии (самый старый и очень объемный) и теоретические статьи, которые содержали описание современных моделей в странах-соседях. Нам показалась эта информация важной, потому что раз уж мы так поздно начинаем создавать эту правовую систему альтернативной гражданской службы, хорошо бы пользоваться опытом тех, у кого уже это работает. Мы передали эти материалы и решили, что это тот небольшой, но посильный вклад, который мы можем внести, даже если с нами не общаются очно.

- Пусть не будут упоминать вас как участников, пусть знают.

Е.Т.: – Пусть читают. Во-первых, пусть знают, что это есть. Во-вторых, так как это от нас получено, пусть понимают, что так или иначе, мы все-таки этим занимаемся. В-третьих, если мы ищем дополнительные средства коммуникации, как минимум нужно понимать, что на этом мы не остановимся и будем участвовать в этом процессе. И последнее – конференция, которую мы провели в Минске и презентация книги.

- Расскажите о конференции. Кто принял участие?

Е.Т.: – Конференция была организована совместно с Лондонской школой экономики, в рамках которой сейчас ведется большой проект «Гражданин, армия, государство». В состав этого проекта входит большое количество регионов СНГ. Она была в большей степени адресована международному контексту, связывала международный контекст с принятием закона в Беларуси. К нам приехали действительно ведущие эксперты СНГ по вопросам альтернативной гражданской службы, и, я думаю, за этот день мы смогли продвинуться в понимании того, как работают модели альтернативной гражданской службы, где они успешны, а где нет, если неуспешные, то почему. Те представители государственных органов, которые участвовали в конференции, уходя, сказали, что этот день был для них большим информационным потоком. Находясь в течение дня в режиме активного обмена мнениями, они смогли получить много информации, которая в том числе являлась ответом на часть вопросов. На эти вопросы ответов не было, но их нужно было получить, прежде чем формировать концепцию модели альтернативной гражданской службы в Беларуси.

- Хорошо, что у них эти вопросы возникали хотя бы.

Е.Т.: – Вопросы возникают, когда начинаешь работать с трудной материей. Если они не возникают, значит, и работы нет.

- Я имею в виду, что Мальцев сразу заявил, что у нас есть альтернатива службе в армии – служба в резерве, на военной кафедре, учеба на военном факультете и так далее. Но альтернативой это назвать нельзя: это та же служба.

Е.Т.: – Это нельзя назвать гражданской службой, нельзя назвать системой. Мальцев лукавит, вне всякого сомнения.

- Так что же сейчас за документ готовит Министерство по труду и соцзащите? Там будет как раз гражданская служба?

Е.Т.: – Да, мы надеемся, что она будет не только гражданская. Мы надеемся, что она будет организована в соответствии с теми стандартами, с которыми она должна быть организована.

М.П.: – Если мы подойдем к содержанию этого документа, который сейчас готовится, то работают параллельно даже две группы: первая непосредственно межведомственная, вторая – представители различных молодежных организаций, которые после конференции, пообщавшись с исполнителями будущего закона, решили тоже подготовить список своих предложений, потому что у них спрашивают, что конкретно они предлагают. Очень важно выработать некие принципы. Их несколько. Курсант или военная кафедра не есть гражданская служба. Когда мы посмотрим на тексты законов соседних государств, часто употребляется термин невойсковая служба. В Армении вообще разделяется альтернативная войсковая и альтернативная невойсковая служба. Вариации есть, и важно определить, гражданская ли это будет сфера. Но Министерство обороны и само не хочет этим заниматься. Насколько я помню, несколько месяцев назад тут у вас выступал пресс-секретарь Министерства обороны. Он прямо сказал, что это служба гражданская и к военной отношения не имеет. Мы не выступаем против армии, мы выступаем за альтернативную гражданскую службу. То, что пошло это разделение, – хорошо.

Второй момент: с чего начинается альтернативная гражданская служба? Убеждения, мотивы. Суды, которые сейчас над ребятами проходили, показали суть чиновников, в первую очередь, судебной, прокурорской системы. Когда прокурор заявляет: «А мне кажется, что верить в Бога Вы начали только сейчас – чтобы не пойти в армию! А чем Вы можете доказать? А Вы можете принести справку из Вашей организации, где Вам запрещают держать оружие?» Проблема не в этом. Например, в судах над Дмитрием Смыком и над Иваном Михайловым прямо ставился вопрос. Один – представитель Свидетелей Иеговы, второй – баптистской церкви. Они заявляли, что «в Библии написано «Не убий», – соответственно, наша община трактует это именно так: не брать в руки оружие, не служить в военных формированиях». Суд говорит: покажите, что ваша община так трактует! Но ни одна зарегистрированная община не будет в своем уставе содержать пункты, которые противоречат Конституции.

В Конституции сказано, что религия не может быть основанием для отказа от воинской службы. Суды же показали еще один интересный момент: когда прокурор упрекал молодого человека в том, что он «специально выбрал такую форму религии, которая позволит тебе не служить; а как же католики и православные?», молодой человек очень грамотно выступил в свою защиту: «Вы говорите, что каждый год 50-60 человек освобождают от призыва. А я узнал, что эти люди являются священниками православных и католических церквей. Это люди, которые заканчивали семинарию и прочее. Они специальным указом президента освобождаются от армии. А есть ли в данном случае равенство религии? Можем ли мы говорить, что Конституция выполняется? Нет!» Я считаю вполне логичным, что суд оправдал и Михайлова, и Смыка.

Е.Т.: – Я хотела бы продолжить относительно судов. Мы утверждаем, что сама идея доказывания убеждений противоречит подходу, основанному на правах человека. Кому ты можешь доказать – тем более суду, или какой-то специальной комиссии, – насколько глубоки твои убеждения? Как это можно доказать: пытать будем или анализы брать, детектор лжи подключать, начать проповедовать, по воде пройти? В судах это мы видели на примерах религиозных убеждений. Но если предположить, что новая конструкция закона будет предполагать, что это не только религиозные убеждения, что это, к примеру, убеждения пацифизма, убеждения гуманизма, как мы это будем доказывать? Я должна буду рассказывать, какие я книжки прочитала или фильмы посмотрела? Или что я знаю про Вьетнам?

- Но сейчас нет альтернативы как таковой. Поэтому они и выясняют. Но если будет достойная альтернатива…

Е.Т.: – И тут я еще раз хотела бы обратить внимание на то, что нас беспокоит. Ведь при этом равном выборе важно, как закон это закрепит. В законопроекте, который был разработан СовБезом 5 лет назад, так и говорится – только религиозные убеждения.

- То есть 5 лет назад уже пытались разработать?

Е.Т.: – Да. И он лежал «в столе». Надеемся, он не будет являться основой современного законопроекта. Там точно сказано, что это только религиозные убеждения только зарегистрированных организаций – а мы знаем, как обстоят дела со свободой вероисповедания, знаем, что там есть проблемы. То есть убеждения, согласно той конструкции, должны быть доказаны. Это значит, что создадут какой-то орган, который будет каким-то образом пытаться понять силу, глубину и наличие этих убеждений и решать, достаточно ли у меня этих убеждений, чтобы иметь альтернативную гражданскую службу, или нет. Но современный мир устроен иначе, он шире и глубже. Должны рассматриваться убеждения любого толка – и в этом свободный выбор. Это первое. Второе: момент доказывания либо недоказывания убеждений. Мы являемся сторонниками идеи, что убеждения не должны доказываться – они должны быть заявлены. Да, в соответствии с определенной процедурой, предположим, за три месяца до момента призыва человек должен сказать, что в силу своих убеждений он выбирает альтернативную гражданскую службу. И не нужно никаких специальных докторов, которые будут проверять, есть убеждения или нет.

М.П.: – Наши опасения оправданы, потому что мы изучили законы в соседних государствах: в Украине это действительно только религиозные основания, только зарегистрированные общины. Как результат этого – альтернативная служба в стране популярностью не пользуется. Другой пример – Литва, государство, входящее в Евросоюз: когда мы общались с представителями Министерства обороны Литвы, которые курировали направление альтернативной службы, они прямо сказали, что делали все, чтобы эта служба не получилась, и в первую очередь, потому, что за всю историю Литвы альтернативную службу пытались пройти около 60 человек. Они все были представителями нетрадиционных для Литвы и Беларуси религиозных общин. Вопрос: стоит ли принимать такой закон, которым воспользуется 50-60 человек?

Е.Т.: – И еще один вопрос, который является для нас крайне важным, – это характер социального служения. Альтернативная служба не должна быть какой-то позорной историей, связанной с желанием уклониться от военной службы. Она должна быть такой же почетной, какой почетной должна была бы быть служба в армии. Когда мы думали над слоганами кампании, меня, к сожалению, друзья и коллеги не особенно поддержали мою идею. Я бы продвигала месседж «Кончай косить и забивать!» На мой взгляд, унизительно прятаться, придумывать диагнозы, искать связи, чтобы не идти в армию, а потом объяснять детям, что «я придумывал себе диагнозы, чтобы не идти в армию, потому что там было нехорошо».

- А может быть, люди просто не хотят вырываться из социума на полтора-два и больше лет? Может быть, они не захотят и альтернативную службу проходить?

М.П.: – Молодой человек в нашей стране – и это нужно признать – не хочет служить ни на какой службе. Но есть Конституция. И мы исходим из того, что если государство считает, по Конституции, что каждый обязан отдать долг родине, то в этой статье есть и вторая часть: тогда наша задача поработать с государством так, чтобы у молодых людей действительно появилась альтернатива. Но если мы посмотрим на ту же Германию, то около половины призывников там выбирают альтернативную службу. И выбирают не потому, что в армии сложно и некомфортно – бундесвер по многим условиям выше и качественнее белорусской армии, начиная от казарм и заканчивая денежным довольствием. Мы встречались с альтернативщиками, которые работают в Боровлянах в детском хосписе. Они сказали, что приехали в другую страну, учат другой язык…

- Это немцы, которые в альтернативу военной службе приезжают к нам?

Е.Т.: – Да, это происходит уже на протяжении 15 лет – не только в Боровляны, но и в Новинки, и еще в ряд учреждений подобного рода. У них это один из видов альтернативной службы – социальная служба за рубежом. Смысл в том, что у нас работают немецкие альтернативщики и не работают свои!

- Хочется услышать больше об альтернативе. Какой она может быть?

М.П.: – Мы не завершили. Когда мы говорили о наших требованиях, мы не раскрыли важный момент – срок службы. Министерство обороны говорит, что альтернативная служба должна быть длиннее, потому что солдат служит 24 часа в сутки, а альтернативщик только восемь часов. Но здесь тоже интересный момент, потому что «солдат спит – служба идет».

- Не столько из этого исходят, сколько из того, что хотят уравнять этот выбор – чтобы не казалось военным, что человек не пойдет в армию, а пойдет служить в альтернативную службу, потому что там лучше.

М.П.: – В данном случае давайте исходить не из интересов Министерства обороны, которое пытается все сделать хуже, чем у них есть. Наоборот, пусть они сами конкурируют в будущем с Министерством труда, пусть доказывают, что в армии служить лучше, больше гарантий, плюсов, что это способствует развитию личности. Потому что неправильно исходить из того, что «я прав, а все дураки». Давайте исходить из того, что молодежь – это клиент, который имеет право выбирать. Ему навязана необходимость выбора – может, он нигде не хочет служить, – но если у него есть выбор, то это уже ваша проблема, как показать, что армия – это хорошо. Когда человеку говорят, что это его долг и вспоминают все, чему научили в Советском Союзе, – это неправильно. Это не работает: 70 лет не работало и сейчас не работает. Если мы посмотрим просто по цифрам уклонистов, то увидим, что многие молодые люди просто уезжают из страны и не возвращаются сюда, чтобы не попасть в армию. По сроку службы я скажу, что, по мировым стандартам, срок альтернативной службы не должен превышать срок воинской службы более, чем в полтора раза. Нас очень настораживает, что Марианна Щекина заявила буквально на следующий день после конференции, что они готовят командировку в Россию. Стоит ли перенимать опыт у страны с миллионной армией, если альтернативную службу там выбирают 300 человек? Говорить о том, что мы собираемся изучать международный опыт и начать с России – это то же самое, что в Монголию уехать.

- Откуда еще начинать?

М.П.: – А есть Молдова, есть Германия. Почему когда наш президент говорит, что мы должны перенимать у других стран лучший опыт экономики или ведения бизнеса, то почему мы забываем об этом в социальной сфере? Так она и останется непрестижной сферой. Очень важно, чтобы альтернативная служба не была наказанием. Потому что все нынешние моменты это доказывают: пусть докажут убеждения, пусть служба будет длиннее, пусть служат тяжело, пусть служат там, где никто не хочет служить. В Армении альтернативная служба именно так и провалилась: 26 человек из Свидетелей Иеговы, выбрав альтернативную службу, бросили ее, потому что этих ребят отправили убирать армейские туалеты. Это и в Беларуси не очень престижно, а на Кавказе с их менталитетом убирать за другими мужчинами в принципе неприемлемо. Закон есть, но он не действует.

Е.Т.: – В силу компактности страны и ее однородности по потребностям и количеству молодых людей в регионах наш подход сводится к тому, что альтернативная гражданская служба должна быть привязана к местам проживания: место службы должно позволять приехать туда утром и вернуться вечером. Вне всякого сомнения, срок гражданской службы не должен значительно превышать срок прохождения воинской службы. В противном случае это является созданием такой модели, которая, скорее, превращает гражданскую службу в наказание, нежели придает статус социального служения.

- Что значит «значительно превышать»?

Е.Т.: – По рекомендациям конференции, участниками которой мы все были, если срок воинской службы полтора года, то срок альтернативной службы не должен превышать его более чем на шесть месяцев. Я являюсь сторонницей того, что срок гражданской службы не должен превышать срок воинской службы на четверть. Должен быть выбор места прохождения альтернативной службы – социальные учреждения, учреждения здравоохранения, почтовые отделения, в некоторых странах лесничества являются местами прохождения службы.

- На лесоповал?

Е.Т.: – Может быть, на посадку деревьев. Я все-таки за гуманистические посылки ратую. А если учесть, что у нас есть специализированные учебные заведения, которые готовят кадры для лесного хозяйства, то у людей есть возможность получать профессиональный опыт в выбранной сфере и в то же время проходить гражданскую службу. Нам кажется, что, в силу недостаточности волонтерских ресурсов в социальной сфере, крайне важным было бы взаимодействие государства и общественных организаций, которые специализируются на социально уязвимых группах. В нашей конференции принимал участие председатель ассоциации инвалидов-колясочников, который очень четко говорил, что для огромного количества инвалидов-колясочников является недоступным элементарный уход. Государство не справляется с этой функцией, но не хочет этого признавать. Невозможно буквально выехать из дома. Если есть молодой человек, который готов выполнять эту работу, это прекрасно. Это значит, что другие люди могут получить адекватную помощь и поддержку. Таких зон много, просто о них важно научиться говорить открыто.

- Вопрос от пользователей: «Известно, что десять лет назад решение Конституционного суда было принято после обращения белорусского хельсинкского комитета. А «Весна»?

М.П.: – Скажем так: коллеги из белорусского хельсинкского комитета и правозащитного центра «Весна» ведут эту работу в рамках своей повседневной работы. В случае с Дмитрием Смыком комитет осуществлял и мониторинг этого процесса. Также они занимались защитой Дмитрия Смыка на суде. Центром «Весна» была оказана грандиозная юридическая поддержка.

- Кто еще занимается этой проблематикой из общественных организаций?

Е.Т.: – После гомельских дел все правозащитные группы подписали обращение к Председателю Палаты Представителей Национально Собрания, Генеральному прокурору, Председателю Конституционного суда и Председателю Верховного суда. Это обращение было подписано абсолютно солидарно нашей организацией, правозащитным центром «Весна», Белорусским хельсинкском комитетом, Комитетом защиты репрессированных «Солидарность», «Правозащитным центром», «Правозащитным альянсом», «Правовой помощью населению». Это были скоординированные действия – то, на чем держится нормальная правозащитная деятельность. Тема оказалась приемлемой для очень разных общественных организаций, она дала возможность работать вместе разным заинтересованным группам. Это тема, в которой проявили активность группы, начиная от «Моладзі БНФ» и заканчивая «Молодыми демократами».

- А между теми, которые Вы назвали, БРСМ был?

Е.Т.: – О! БРСМ! Это же отдельная история! Мы разослали более 50 приглашений на конференцию именно представителям БРСМ – центральному аппарату и областным. Ни один человек не пришел на нашу конференцию! Мы им говорили, что «вы же реализуете в действии молодежную политику, вы говорите, что вы развиваете волонтерство; давайте вместе поработаем над содержанием закона!»

- Может быть, они втайне от вас этим занимаются?

Е.Т.: – Может быть. Мы будем этому очень рады, готовы передать книги.

М.П.: – Я хочу поблагодарить своих коллег из «Молодого фронта», из «Гражданского форума», из «Движения будущего», потому что для этих ребят это возможность выступить в конструктивном русле. Это не просто критика, это их предложения по созданию инновационной модели. Особенно это актуально для молодежных политических организаций, потому что этих людей упрекали в том, что они не хотят служить в армии, и то, что они сейчас делают – совершенно адекватный ответ. Например, Андрей Тенюта – парень, который сейчас служит в армии и является головной болью для своего командира, потому что пять его сослуживцев уже написали заявление на гражданскую службу. Насколько я знаю, командиры тоже не в восторге от того, что заявления идут напрямую в Министерство обороны, и замполит, наверное, этому командиру регулярно высказывает свое недовольство: подготовка в роте личного состава полностью запущена. Но ведь случай Андрея Тенюты вопиющ: перед призывом он написал заявление на альтернативную гражданскую службу, но ему было отказано. Он подал заявление в суд на обжалование, и был насильственно забран в армию. Районный суд ему отказал, а областной решил, что это дело нужно рассматривать заново. В это время парень служит, а дело завалено между районным и областным судом. До сих пор концов нет. Нормально ли это? Мы так не считаем. То, что он сейчас в армии – хорошая проверка: он с сентября до сих пор продолжает пропагандировать свои убеждения.

- Какой итог мы можем вынести? 1 сентября межведомственная служба должна определить модель альтернативной службы, подготовить законопроект и внести его в Совет министров. Потом он еще пройдет много всяких инстанций, пока будет принят закон. Что сейчас вы можете посоветовать призывникам, которые хотят реализовать свое конституционное право не служить в армии?

Е.Т.: – Спасибо за этот вопрос, потому что вопрос трудный. Я считаю, что надо пытаться добиваться реализации законного права, то есть писать заявления. Непонятно, как будет развиваться ситуация, поэтому пообещать, что все будет так, как вы хотите, было бы обманом, потому что мы видим судебные дела. Если бы я была на это месте, я бы писала заявления, пыталась бы добиться реализации своего права на гражданскую службу.

М.П.: – Каждую неделю к нам приходят письма от молодых людей, которые спрашивают, что делать. Закона пока нет, но лучше заявление написать уже сейчас, а не в последний момент. Вопрос, что будет дальше: доказывать в суде? Там скажут, что есть 415 статья Уголовного Кодекса об уклонении от армии – и скажут обязательно. Закона не существовало так долго, потому что не было потребности. Сейчас посредством заявлений ребят эта потребность обозначилась. Советовать не писать мы не можем, но каждый принимает свою меру ответственности.

Е.Т.: – Я хотела бы вернуться к российскому опыту, хотя сама над ним хихикала. В Российской Федерации почти два года суды принимали решения в пользу альтернативщиков: откладывали призыв до принятия Закона об альтернативной гражданской службе. Судебная система в Российской Федерации в ситуации, когда не было еще закона, но были заявления на прохождение альтернативной службы, пошла по такому пути: если государство еще не приняло закон, то это проблема государства, и она не должна негативно сказываться на правах граждан. И суды вставали на сторону граждан, а с другой стороны, таким своим подходом подвигали ситуацию к тому, чтобы закон был принят. Я хотела бы верить, что наша судебная система тоже способна пойти по такому пути. И, на мой взгляд, это было бы правовым решением.

- По крайней мере, наш разговор хочется закончить каким-нибудь оптимистичными словами: «Лед тронулся!»

Е.Т.: «Лед тронулся!», «Кончай косить и забивать!», «Победа будет за нами!», «Социальное служение!» – это будущее. Я думаю, оно в нашем обществе приживется и будет той достойной формой поведения истинного гражданина.

Андрей Коровайко, TUT.BY

принят участниками международной конференции

«Гражданская служба в странах Европы и регионе СНГ: история, модели, стандарты. Перспективы развития гражданской службы в Беларуси»

Мы, представители общественных организаций из Азербайджана, Армении, Беларуси, Молдовы, России, Таджикистана и Украины, работающие в сфере защиты прав призывников, военнослужащих и альтернативнослужащих, обсудив на международной конференции «Гражданская служба в странах Европы и регионе СНГ: история, модели, стандарты. Перспективы развития гражданской службы в Беларуси» проблемы становления альтернативной гражданской службы (далее – АГС) в СНГ, обращаемся к главам и парламентам наших государств, неправительственным некоммерческим организациям, работающим в регионе, а также в международные межгосударственные и правозащитные организации с настоящим Меморандумом.

Институт альтернативной (невоенной или нестроевой) службы в государствах, использующих призыв при формировании своих армий, обрел после Второй мировой войны международное признание и был в той или иной форме реализован в большинстве государств Европы, Азии и Америки. Большой опыт развития этого института накоплен за прошедшие два десятилетия и в странах СНГ, большинство из которых закрепило в своих конституциях право на замену призывной службы в Вооруженных силах альтернативной службой. В большинстве бывших союзных республик приняты соответствующие законы. Однако в ряде государств бывшего СССР эта проблема еще законодательно не решена либо решена неудовлетворительно.

Мы убеждены, что граждане наших стран должны иметь право выбора: есть молодые люди, чьим убеждениям противоречит служба в армии, и есть социально значимые сферы деятельности, испытывающие недостаток трудовых ресурсов.

Системы здравоохранения и социальной защиты наших государств финансируются по остаточному принципу, и потому не могут обеспечить надлежащий уровень обслуживания и поддержание достоинства слабейших наших сограждан – детей-сирот, стариков, инвалидов. Персонал медико-социальных учреждений сам испытывает материальные трудности, недостаток мотивации к оказанию помощи пациентам и подопечным. Поэтому молодые люди, исповедующие идеи ненасилия и сострадания, обладают ценнейшим потенциалом для поддержания достоинства и улучшения качества жизни стариков, сирот, инвалидов. Даже небольшой опыт реализации социальной АГС в наших странах показал, что и один мотивированный молодой человек, работающий в больнице или доме престарелых, является примером бескорыстного милосердного служения для всех остальных сотрудников данных учреждений.

Как показывает полувековой опыт гражданской службы в Германии, АГС – не «меньшее зло», а общественно полезный институт, необходимый в условиях сохранения призыва на военную службу. И успешно решающий три взаимосвязанных задачи.

Во-первых, это признание государством приоритета прав личности, свободного выбора гражданина между военной и гражданской службами. Это основная правозащитная функция АГС. Если этого не происходит, если гражданин предпочитает тюрьму «альтернативе», в таком государстве нет альтернативной гражданской службы.

Во-вторых, АГС – перспективный путь улучшения качества услуг в наиболее сложных и испытывающих нехватку работников сегментах медико-социальной сферы. Это социальная функция гражданской службы.

В-третьих, АГС способна быть формой социализации той части молодежи, которая отказывается от службы в армии, воспитывая в них чувства ответственности, солидарности, гражданского патриотизма, преодоления иждивенчества и инфантилизма. Такова воспитательная задача гражданской службы.

Мы видим также в альтернативной гражданской службе большой миротворческий потенциал, который может послужить предупреждению конфликтов между странами и народами. Развитие деятельности, направленной на уважение жизни и достоинства каждого человека, проведения в жизнь идей ненасилия – вот международная задача АГС.

Мы согласны  в том, что для достижения этих целей национальные законы об альтернативной службе должны отвечать следующим основным условиям:

1 ) помимо религиозных оснований замены армейской службы альтернативной должны приниматься любые убеждения, противоречащие несению военной службы (миротворческие, этические, моральные, гуманитарные, политические и иные);

2 ) порядок подтверждения права на замену военной службы на альтернативную должен быть уведомительным, а не доказательным;

3 ) срок службы не должен представлять собой наказание за убеждения и веру. При продолжительности военной службы по призыву полтора года и выше срок АГС не должен превышать срок военной службы более чем на 6 месяцев;

4 ) АГС должна быть направлена на решение социозащитных задач, приоритетными местами прохождения АГС должны быть медицинские учреждения, детские, инвалидные, психоневрологические интернаты и дома престарелых;

5 ) местами прохождения гражданской службы не могут быть воинские части и иные военизированные формирования, а также предприятия, осуществляющие производство и обслуживание в военной сфере;

6 ) к местам прохождения АГС должны быть отнесены организации не только государственные, но и муниципальные (подведомственные органам местного самоуправления), что служит основной гарантией прохождения службы в пределах каждодневной транспортной доступности от места жительства гражданина, проходящего АГС;

7 ) определение места прохождения АГС должно происходить с учетом волеизъявления гражданина;

8 ) организация службы, в том числе прием заявлений на АГС и контроль за ее прохождением, должны быть возложены на гражданское ведомство;

9 ) труд альтернативнослужащих должен быть защищен и регулироваться национальным трудовым законодательством (за обоснованными исключениями, закрытый перечень которых должен содержаться в законах об АГС), а оплата труда не может быть ниже определенного в соответствующем регионе прожиточного минимума.

Мы призываем глав государств и их высшие законодательные органы принять законы об АГС, отвечающие названным условиям, либо привести в соответствие с ними ранее принятые законы.

Мы обращаемся к гражданским организациям с призывом объединить усилия по созданию в наших стран подлинно гражданской, гуманной и социально полезной альтернативной службы.

Мы предлагаем международным межгосударственным организациям утвердить обязательные для государств-участников стандарты, защищающие права отказников от военной службы и устанавливающие недискриминационный характер альтернативной службы.

Минск, 25 мая 2010 года

Гражданская Кампания «За Альтернативную Службу в Беларуси»

Просветительское учреждение «Центр правовой трансформации» (Беларусь)

Фонд развития правовых технологий (Украина)

Международное правозащитное движение (Россия)

Елена Тонкачева,  Председатель Правления «Центр правовой трансформации» (Минск, Беларусь)

Андрей Кувшинов, Лондонская школа экономики  и политических наук (Лондон, Великобритания)

Михаил Пашкевич, Координатор гражданской кампании «За альтернативную службу в Беларуси» (Минск, Беларусь)

Андрей Юров, «Международное молодежное правозащитное движение»

Сергей Дроздовский, Председатель Центрального Совета ОО «Республиканская ассоциация инвалидов-колясочников» (Минск, Беларусь)

Дерек Бретт , CPTI, Representative to the United   Nations (Женева, Швейцария)

Герман Алеткин, Директор Центра миротворческих и правозащитных действий (Казань, РФ)

Александру Постику, Ассоциация «Promo-LEX» (Кишинев, Молодова)

Лев Левинсон,   Правозащитная группа «Гражданин. Армия. Право» (Москва, РФ)

Грета Мирзоян, Армянская Республиканская общественная организация Солдатских матерей «Зинвори майр» (Ереван, Армения)

Элла Полякова, Солдатские матери Санкт-Петербурга (Санкт-Петербург, РФ)

Дилрабо Самадова, Ассоциация Молодых Юристов «Ампаро» (Хужанд, Таджикистан)

Анаит Овнанян, Армянская Республиканская общественная организация Солдатских матерей «Зинвори майр»

Сергей Кривенко, Правозащитная группа «Гражданин. Армия. Право» (Москва, Российская Федерация)

Зейналов Эльдар, Правозащитный Центр Азербайджана (Баку, Азербайджан)

Дилрабо Самадова, Ассоциация молодых юристов

«Ампадо»  (Хужанд, Таджикистан)

Елизавета Джирикова, Гуманитарно-благотворительный центр «Сострадание»  (Москва, РФ)

Открыто для дополнительного подписания

Завтра, 8 июня в 11 00 гостями эфира radio.tut.by будут Елена Тонкачева (председатель правления «Центра правовой трансформации») и Михаил Пашкевич (координатор кампании «За альтернативную гражданскую службу в Беларуси»).
Мы расскажем: Что такое АГС и зачем это нам, кто, где, когда и сколько служит, что даст АГС нашим призывникам.
Есть вопрос? Задавай! Свои вопросы вы можете задать через скайп radiotutby или icq 470659469

Такого приговора Евгений Яковенко не ожидал, особенно после того, как прекратили аналогичное административное дело.

Евгений Яковенко: «Мой случай показывает, что справедливости как таковой нет и закон не  срабатывает. Мои требования были абсолютно законными, базировались на Конституции, международных актах, на законе в первую очередь. Или это было сделано специально, зная мою принципиальность, или военкомату просто было лень выполнить закон. За это все получился год «химии». Я считаю любой обвинительный приговор по этому делу несправедливым – приговор будет обжаловаться «.

Общественный активист, юрист Леонид Судаленко, присутствовавший на суде, считает, что не призывник, а именно государство и его полномочные структуры не исполняют свои обязанности.

Представитель Белорусского Хельсинкского комитета в регионе Алесь Евсеенко считает приговор открытым оскорблением прав белорусскоязычного призывника:

«Он не отказывался даже от службы. Альтернативщик хотел  показать, что Беларусь – это все-таки Беларусь, и титульная нация – белорусы. Они имеют право использовать родной язык в своей стране.»

Меру пресечения в отношении политпризывника Евгения Яковенко – подписку о невыезде – судья Швец оставила до тех пор, пока приговор не вступит в законную силу.

Кампания «За Альтернативную Гражданскую Службу в Беларуси» осуждает решение суда.

Смотрите видеорепортаж

В конференции, организованной «Центром правовой трансформации» при поддержке Лондонской школой экономики и политических наук (Великобритания), приняли участие ведущие эксперты по вопросам альтернативной гражданской службы стран Европы, а также из стран СНГ: Украины, Молдовы, Российской Федерации, Армении, Таджикистана, Азербайджана, а также представители государственных органов: Палаты представителей, Министерства труда и социальной защиты, Министерства здравоохранения, Национального центра законодательства и правовых исследований, руководители социальных учреждений и учреждений здравоохранения, религиозных организаций, призывных комиссий, представители общественности.
Такой широкий круг участников конференции свидетельствует об интересе к данной проблеме со стороны самых различных субъектов государства и гражданского общества. В ходе конференции была сформирована рабочая группа по разработке предложений относительно законопроекта об Альтернативной службе, который должен появится осенью этого года. В состав рабочей группы вошли представители общественных организаций и инициатив.

Неўзабаве ў беларускіх хлопцаў з’явіцца альтэрнатыва арміі — грамадзянская служба. І тым, хто па нейкіх прычынах не хоча абараняць Радзіму са зброяй, будзе прапанавана паслужыць ёй у шпіталях, дамах састарэлых ці лясгасах.

Якім можа быць закон у Беларусі? Хто зможа скарыстацца правам альтэрнатыўнай службы? Які тэрмін найлепшы для альтэрнатыўшчыкаў?

Сваімі меркаваннямі з чытачамі «Звязды» дзеляцца ўдзельнікі Міжнароднай канферэнцыі «Грамадзянская служба ў краінах Еўропы і рэгіёне СНД: гісторыя, мадэлі, стандарты. Перспектывы развіцця грамадзянскай службы ў Беларусі».

Па словах яе ўдзельнікаў, у нашай краіны ёсць унікальны шанц пазбегнуць памылак краін, дзе альтэрнатыўная служба існуе досыць працяглы час.

Ці патрэбны Беларусі альтэрнатыўшчыкі?

Алена Танкачова, старшыня праўлення «Цэнтра прававой трансфармацыі», г. Мінск:

— Я доўгі час не разумела, чаму канстытуцыйнае права на альтэрнатыўную службу не пашырана законам. Гэта нейкая боязь таго, што вялікая колькасць людзей пачне карыстацца гэтым правам. Чаму? Таму што досвед нашых суседзяў з Расійскай федэрацыі паказвае, што пры рэалізацыі ў заканадаўстве гэтага права не такія ўжо і масавыя ўцёкі і назіраліся. За мінулы год 250—300 чалавек на ўсю РФ.

Наконт сацыяльных патрэбаў. Мы звярнуліся да ўсіх тэрытарыяльных цэнтраў, да службаў аховы здароўя і да ўсіх лясгасаў як месцаў будучага праходжання альтэрнатыўнай грамадзянскай службы (АГС). Звярнуліся з пісьмовай просьбай даць інфармацыю: ці гатовыя вы прымаць альтэрнатыўных служачых у выпадку, калі такі інстытут будзе створаны ў нашай краіне? Мы атрымалі адказы ад прыкладна 20 працэнтаў рэспандэнтаў. На працягу 2-х месяцаў у мяне была інфармацыя пра 115 месцаў, куды можна адправіць людзей праходзіць АГС. Гэта раённыя бальніцы, якія адказвалі, што ім патрэбны дворнікі, вадзіцелі.

Я думаю, што грамадскія арганізацыі, у прыватнасці, грамадскія арганізацыі інвалідаў, маглі стаць часткай сацыяльнага заказу. І тут магла б спрацаваць звязка паміж дзяржаўнымі задачамі і тымі задачамі, якія вырашаюць людзі, аб’ядноўваючыся ў грамадскія арганізацыі.

Сяргей Драздоўскі, старшыня асацыяцыі інвалідаў-калясачнікаў, Беларусь:

— Я прадстаўляю меркаванне інвалідаў… Хачу сказаць, што ў сваёй дзейнасці мы нярэдка звяртаемся да дапамогі сваіх нямецкіх партнёраў, якія праходзяць альтэрнатыўную службу ў Беларусі. І, як ні дзіўна, нам перыядычна дапамагаюць салдаты. Часцей за ўсё гэта даводзіцца рабіць па асабістым пагадненні з камандзірамі часцей. Мы ўсе выдатна разумеем, што гэта не зусім тыя функцыі, якія павінны выконваць салдаты. І нам не зусім з імі зручна працаваць. Аднак хачу дадаць, што гэта самыя старанныя людзі, якіх я сустракаў…

Каму «свеціць» альтэрнатыва?

Герман Алёткін, дырэктар Цэнтра міратворчых і праваабарончых дзеянняў, Расія:

— Еўрапейскі сэнс АГС — права служыць не ў арміі па перакананнях. Грамадзянін выбірае самастойна, браць яму ў рукі зброю або ісці служыць у шпіталь. У расійскай мадэлі права на альтэрнатыўную грамадзянскую службу (закон аб АГС існуе ў Расіі сем год — заўв. аўт.) прадастаўляецца па любых прычынах. Больш за тое, замацоўваецца пэўная катэгорыя грамадзян, што адносяцца да народаў з малой колькасцю. Проста таму, што яны адносяцца да гэтай групы народаў, ім прапаноўваецца АГС. Права на свабоду сумлення ў такім выпадку рэалізуецца. У нас былі прапановы, каб прадаставіць права на АГС тым, хто працуе на будоўлі, абаронных прадпрыемствах. Аднак у гэтым выпадку спустошваецца сам сэнс АГС. Дзяржава проста пачынае рэгуляваць плыні працоўнай сілы, і перакананні тут ніякай ролі не адыгрываюць. У такой сістэме, калі за чалавека будзе вырашаць дзяржава, на свабоду перакананняў не застанецца месца.

Алена Танкачова:

— Я не ведаю, з якім тэкстам працуе камісія па распрацоўцы закона ў Беларусі цяпер, але мне ў рукі патрапіў тэкст закона, які распрацоўваўся 4—6 гадоў таму. Законапраект кажа пра даказванне перакананняў. Я чытала справаздачу пра адзін судовы працэс над прызыўніком, які адмаўляўся служыць у арміі згодна з рэлігійнымі перакананнямі. Пракурор казаў: «А чым вы дакажаце, што прадстаўнікі вашай канфесіі дакладна не маюць установак на тое, каб служыць. А чым вы дакажаце, што вы вернік?» Патрэбна стаяць, напрыклад, перад прызыўной камісіяй, і даказваць, што ты вернік.

Два ці тры гады мыць падлогу

— Мы, напрыклад, схільныя лічыць, што тэрмін альтэрнатыўнай грамадзянскай службы можа быць большы, чым вайсковы, — выказваецца спадар Алёткін. — Таму што альтэрнатыўшчыкі ўсё ж працуюць па восем гадзін, а ваенныя — 24 гадзіны ў суткі. Але некаторыя ваенныя пералічваюць тэрмін АГС проста памнажэннем на тры. Апошняя пужалка, якую расказваюць у расійскіх ваенкаматах, калі чалавек падае заяву на АГС. Маўляў, мы цябе адправім на чатыры гады ў Чачню санітарам працаваць. Аднак такі пералік няправільны. Пры зніжэнні тэрміну вайсковай службы да года паўтара года альтэрнатыўнай будзе дастаткова нармальным.

— Тэрмін праходжання АГС у беларускім праекце закона ў два разы большы, чым тэрмін праходжання вайсковай службы. Гэта не павінна быць рэалізавана, на наш погляд, — кажа Алена Танкачова.

Дэрэк Брэт, прадстаўнік ААН, Швецыя:

— Тут павінны быць прапісаны дакладныя патрабаванні да альтэрнатыўшчыкаў. АГС не павінна прымацца дыскрымінацыйна. І Еўрапейская камісія па правах чалавека прызнала, што любыя падаўжэнні тэрміну службы павінны быць аб’ектыўна апраўданымі… Мы павінны памятаць пра спыненне абавязковага прызыву ў армію на карысць стварэння прафесійнай арміі.

Прызыўнік павінен ведаць пра АГС

— Закон аб альтэрнатыўнай грамадзянскай службе, што прыняты ў СНД, не абавязвае інфармаваць ваенныя ведамствы пра магчымасць праходжання АГС, — кажа Герман Алёткін. — У Расіі, дарэчы, так і ёсць. Малады чалавек прыходзіць у ваенкамат, а пасля звяртаецца да нас з пытаннем, адкуль ён павінен быў ведаць? А ваенкаматы адказваюць, што не абавязаны былі інфармаваць. У ідэале гэта рэалізавана ў Германіі. Там прызыўнік на стадыі пастаноўкі на вайсковы ўлік атрымлівае буклет пра альтэрнатыўную службу, правы прызыўніка і вайсковую службу. Ён у 16—17 гадоў паглядзіць на гэтыя буклеты, параіцца з бацькамі і ўсвядомлена зробіць выбар. Гэта здымае шмат якія пытанні. Таму што ні адна дзяржава не зацікаўленая, каб пасля лавіць гэтых прызыўнікоў, саджаць іх і г.д.

Міжнародныя рэкамендацыі

Міжнародныя эксперты са Швецыі, Расіі, Малдовы, Арменіі, Азербайджана, Таджыкістана, што ўдзельнічалі ў канферэнцыі, выпрацавалі наступныя рэкамендацыі для беларускіх заканатворцаў:

— рэкамендавана сацыяльная, працоўная мадэль арганізацыі службы, выключаючы службу ў ваенізаваных падраздзяленнях любога тыпу;

— тэрмін грамадзянскай службы не павінен быць дыскрымінацыйным;

— арганізацыя грамадзянскай службы павінна ажыццяўляцца пераважна па месцы жыхарства;

— арганізацыяй і кантролем за праходжаннем грамадзянскай службы павінна займацца асобная дзяржаўная ўстанова (упраўленне), не падпарадкаванае Міністэрству абароны;

— грамадзянская служба падаецца ў якасці свабоднага выбару ў сілу шырокага спектра перакананняў — не толькі па перакананнях сумлення;

— пра перакананні неабходна заявіць у адпаведнасці з вызначанай працэдурай, але іх не трэба даказваць.

Па даручэнні Прэзідэнта краіны ў Міністэрстве працы і сацыяльнай абароны Беларусі створана спецыяльная працоўная група па распрацоўцы законапраекта. Па словах міністра працы і сацыяльнай абароны Марыяны Шчоткінай, група адкрытая для супрацоўніцтва з грамадскасцю. На гэта спадзяюцца таксама і ўдзельнікі Міжнароднай канферэнцыі.

Афіцыйна:

1. Дэпутат Палаты прадстаўнікоў Нацыянальнага сходу Аляксандр Высоцкі:

— Я згодны з тым, што момант сацыяльнага заказу наступіў. І закон аб альтэрнатыўнай грамадзянскай службе быць павінен. Саспела сітуацыя. Які будзе закон, мы сказаць не можам. Пакуль ён дапрацоўваецца. Будзе ўключана і статыстыка, і сацыяльныя меркаванні. Я хацеў бы сказаць, што нават з пункта гледжання ўзаемаадносінаў грамадзяніна і дзяржавы мы маем аднолькавую адказнасць. Як грамадзянін перад дзяржавай, так і дзяржава перад грамадзянінам. Паколькі дзяржава дае правы грамадзяніну, і ён павінен для дзяржавы нешта зрабіць… Вы ж зразумейце, што пад кожнага закон не напішаш, ён кагосьці будзе задавальняць, а кагосьці не. Я рады, што патрапіў на гэтую канферэнцыю, мне многае стала зразумела. Дзякуй.

2. Палкоўнік Андрэй Карасёў, намеснік ваеннага камісара Мінскай вобласці, начальнік аддзела прызыву:

Па рэлігійных матывах у нас у армію не прызываецца, магчыма, чалавек 100—150 на ўсю рэспубліку. І зноў-такі не стаіць пытанне, што гэтыя людзі не патрэбныя арміі. Чаму б іх не накіроўваць у часці, каб яны там прыбіралі вуліцы, гатавалі ежу, мылі сталовы посуд? Як заўгодна можна выкарыстоўваць. А тыя хлопцы, што служаць са зброяй, больш часу аддавалі б на баявую падрыхтоўку. Варыянтаў можа быць вельмі шмат.
Матэрыял – газета «Звязда»

Сегодня, 31 мая в 10.00 суд Центрального района города Гомеля вынес оправдательный приговор Дмитрию Смыку, отменив тем самым решение о выплате Дмитрием штрафа в размере 3,5 млн. б.р.

Напомним, 6 ноября Суд Центрального района г.Гомеля признал Смыка виновным в уклонении от службы в армии по ст.435 УК РБ. 9 декабря Гомельский областной суд, рассмотрев кассационную жалобу Смыка, оставил решение районного суда без изменений. Аналогичное решение 23 января вынес председатель Гомельского областного суда. Однако после протеста Верховного суда президиум гомельского областного суда 15 марта 2010 г. отменил свое собственное решение и направил дело на новое рассмотрение.

Время проведения Летнего лагеря:

с 18 июля по 1 августа 2010 г.

Место проведения Летнего лагеря:

Германия, г. Бад Либенцель
Международный форум Бург Либенцель

Программа Летнего лагеря:

Программа предназначена для беларуских студентов и магистрантов, получающих юридическое образование.

Программа включает в себя лекции и интерактивные занятия по следующей тематике:

• Введение в концепцию прав человека;
• Европейская система защиты прав человека;
• Система ОБСЕ в защиту прав человека;
• Система ООН защиты прав человека;
• Правовые, мониторинговые, общественные и просветительские действия в защиту прав человека.

Программа также предусматривает обучающий визит в Европейский Суд по правам человека и Совет Европы (Страсбург, Франция),  дискуссии по вопросам европейской политики Добрососедства и программы Восточного партнерства.

Рабочий язык программы – русский.

Участники Летнего лагеря:

К участию в программе приглашаются студенты-юристы и магистранты юридических факультетов ВУЗов Республики Беларусь дневной/заочной формы обучения и беларуские студенты, изучающие право за рубежом, обладающие хорошими коммуникационными навыками и мотивацией к расширению компетенций в сфере прав человека.
К участию в программе при наличии сильной мотивации могут быть также приглашены студенты иных гуманитарных факультетов.
Отбор участников будет осуществляться на конкурсной основе из числа соискателей, заполнивших предложенную анкету.

Участники несут ответственность за полноту и достоверность предоставленной информации и принимают на себя письменные обязательства о соблюдении учебной программы, а также своевременного возвращения в Республику Беларусь.

Важные даты:

Прием заявок (анкет) на участие завершается 10 июня 2010 г. в 24-00.
Анкета должна быть отправлена по электронному адресу summerhrcamp2010@gmail.com
Документы, присланные позже указанного срока, рассматриваться не будут.
О результатах конкурсного отбора будет персонально сообщено не позднее 16 июня 2010 г.

Расходы:

Взнос за участие в программе составляет 80 €.

Расходы по проживанию, питанию участников в период проведения Летнего лагеря, транспортные расходы на территории Германии, связанные с участием в образовательной программе, обеспечиваются принимающей стороной.

Вопрос возмещения стоимости проезда участникам Летнего лагеря по маршруту Минск-Берлин и обратно в настоящее время рассматривается организаторами программы.

Вопросы визовой поддержки для участников Летнего лагеря будут решаться в рабочем порядке (участники предыдущих образовательных программ решением немецкого консулата освобождались от уплаты консульского сбора).

Стоимость медицинской страховки при оформлении визы участники программы оплачивают самостоятельно.

Дополнительную информацию о мероприятии можно получить, направив запрос координатору Летнего лагеря по правам человека для студентов-юристов 2010 по адресу summerhrcamp2010@gmail.com

Анкета